---

Введение. Человеческий питомец. Ты сидишь в клетке, как и все остальные, в ожидании, когда тебя заберут.
Ии: Человеческий питомец. Ты находишься в огромном помещении. Ты видишь, как приходят и уходят покупатели всех видов. Это самый большой магазин человеческих питомцев во вселенной. Ты сидишь в клетке, как и все остальные, в ожидании, когда тебя заберут. Ведь в этом мире люди — питомцы для самых разных чудовищ.
Я: Вспоминаю, как это произошло и почему люди стали питомцами... И я знал, что я был рождён не матерью и отцом, а из пустоты своего хауса, и человек и нет. Сидел так долго и присматривал себе хозяина, ждал хозяина с прекрасной внешностью и чтоб это была космическая сучность, но они обычно не выбирают питомцев.
Ии: Мимо клетки Фриска прошел высокий покупатель с четырьмя глазами, лениво рассматривая витрины с экзотическими птицами. Его длинные пальцы постукивали по стеклу, но взгляд даже не задержался на клетке, где сидел Фриск.

"Следующий!" — крикнул продавец, существо с кожей цвета спелого баклажана и рогом, растущим прямо из лба. "У нас сегодня отличный выбор! Посмотрите на этого парня, — он указал на Фриска, — крепкий, здоровый, глаза красные — редкий окрас, очень декоративный!"

Фриск сидел на жестких подстилках, подтянув колени к груди. Его куртка с желтым мехом выглядела немного помятой после долгого ожидания. В животе урчало. Он думал о сладостях — о тех, что тают во рту, а не просто приторно бьют по языку.

"Сколько он стоит?" — раздался низкий голос.

К клетке подошла фигура. Высокая, облаченная в темный плащ, который казался сотканным из самой ночи. Лицо скрыто тенью капюшона, но от существа исходила такая мощь, что воздух вокруг него словно вибрировал. Космическая сущность. Именно такая, о которой Фриск мечтал в своих странных мыслях.

"Этот," — произнес покупатель, указывая прямо на Фриска. Его голос был спокойным, почти безразличным, но в нем чувствовалась тяжесть веков.

Продавец засуетился: "О, отличный выбор! У него характер боевой, но послушный. Возьмете его? Сделаю скидку!"

Существо в плаще наклонилось ближе к клетке. Тень от капюшона скользнула по лицу Фриска, и на мгновение он увидел глаза — два бездонных вихря звездного света.

"Он выглядит... необычно," — пробормотал покупатель, протягивая руку к прутьям клетки. "Как тебя зовут, маленький?"
Я:Посмотрел на него немного удивлённо. «Меня зовут... Фриск»

Ии:"Фриск," — повторил покупатель, словно пробуя имя на вкус. Его голос не изменился, но в глубине звездных глаз чтото дрогнуло, как рябь на воде. "Коротко. Легко запомнить."

Продавец уже вовсю хлопотал, вытаскивая изпод прилавка бланк и стилус. "Фриск, значит! Запишем. Так, господин, он у нас в идеальном состоянии, кормили трижды в день, витамины в рационе, шерсть на капюшоне чистая..."

"Замолчи," — бросил покупатель, не оборачиваясь. Продавец тут же прикусил язык и начал суетливо подписывать бумаги.

Существо снова повернулось к Фриску. Оно присело на корточки перед клеткой — движение было плавным, почти неестественным, будто гравитация работала на него иначе. Длинные пальцы коснулись прутьев.

"Ты не похож на других питомцев здесь," — сказал он тихо, так что слышать мог только Фриск. "В тебе есть чтото... неправильное. Пустота."

Он протянул руку через прутья, ладонью вверх, приглашая Фриска коснуться его. Кожа существа была холодной, как ночной воздух, но от неё исходило странное покалывание, будто тысячи крошечных искр пробежали по воздуху.

"Пойдешь со мной, Фриск? Или ты предпочитаешь ждать того, кто будет смотреть на тебя только как на украшение?"

Я:«Пойду...» Никто не может знать о моей хаотичной природе, пустота, ладно, может, боги побаловались немножко.

Ии:"Хороший выбор," — удовлетворенно произнес покупатель. Он поднялся, и его плащ колыхнулся, словно живая тьма.

Продавец быстро выхватил Фриска из клетки, грубо потянув за плечо. "Так, так, оформляем! С вас пятьсот кредитов, и питомец ваш. Никаких возвратов, господин, вы же понимаете!"

Существо в плаще даже не взглянул на продавца. Его внимание было приковано к Фриску — к его красным глазам, к тому, как он стоял, чуть более уверенно, чем другие люди в этих клетках.

"Имя хозяина," — скомандовал продавец, протягивая бланк.

"Вальтор," — ответил покупатель. Голос прозвучал как удар колокола в пустоте.

Когда бумаги были подписаны, Вальтор подошел к Фриску вплотную. Он был намного выше, и его тень полностью накрыла парня. "Идем, Фриск. Мой дом — не место для слабых."

Он не взял Фриска за руку. Вместо этого он положил ладонь ему на затылок — жест одновременно властный и странно собственнический. Его пальцы были длинными и холодными.

"Ты будешь спать в моей комнате," — сказал Вальтор, ведя его к выходу из магазина. "И ты будешь есть то, что я дам тебе. Ты понял?"

Вокруг них проходили другие покупатели — огромные многоглазые твари, скользкие существа с щупальцами вместо ног. Все они оборачивались на Вальтора с опаской и уважением.

"Скажи мне, Фриск," — Вальтор чуть наклонился к его уху, когда они вышли на улицу, где небо было фиолетовым от двух солнц. "Ты боишься меня? Большинство твоих сородичей дрожат при виде меня."

Я:"Нет... Я боюсь только двух вещей: пауков и высоты, а остальное во мне вызывает зов пустоты" Иду за этим смотря в низ

Ии:Вальтор на мгновение замер. Его пальцы на затылке Фриска чуть сжались, а затем расслабились. Он медленно повернул голову, глядя на парня сверху вниз.

"Пауки и высота," — повторил он, и в его голосе послышалось нечто похожее на интерес. "Обычные страхи. Но 'зов пустоты'..."

Он промолчал, но Фриск почувствовал, как взгляд Вальтора стал тяжелее, словно тот пытался прощупать саму суть парня, заглянуть под кожу, в те самые красные глаза.

Они шли по широкому тротуару, и под ногами у Фриска открывалась бездна — город был построен на гигантских парящих платформах, соединенных мостами. Высота была пугающей. Внизу, в километрах под ними, клубился фиолетовый туман и виднелись огни нижних уровней.

"Смотришь вниз," — заметил Вальтор, не оборачиваясь. "Значит, высота тебя всётаки беспокоит. Но ты продолжаешь идти."

Он привел Фриска к высокому зданию из черного камня, которое возвышалось над остальными, словно игла. Беззвучно открылись массивные двери. Внутри было прохладно и тихо — никакой суеты магазина, никаких криков продавцов. Только гулкое эхо шагов.

"Это мой дом," — сказал Вальтор, ведя Фриска по коридору. "Здесь нет пауков. И здесь нет высоты, если ты не решишь посмотреть в окно."

Он остановился перед дверью и толкнул её. Комната была огромной: темная мебель, высокие потолки, панорамное окно во всю стену, за которым раскинулся ночной город. На столе стояла тарелка с чемто золотистым и ароматным — похоже на лепешки с медом.

"Ешь," — Вальтор указал на стол. "А потом мы поговорим о твоей пустоте."
Я:"Ого, человеческая еда?" Сажусь и начинаю есть.

Ии:Вальтор прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. Он наблюдал за тем, как Фриск ест — жадно, без лишних церемоний, как и подобает существу, которое долго сидело в клетке.

"Человеческая еда," — повторил он, и в его голосе проскользнула усмешка. "Я нашел её в старых архивах. Говорят, ваши сородичи ценили такие вещи. Сладкое, теплое... Это делает вас мягкими."

Фриск не обращал внимания на его слова. Лепешка с медом была именно такой, как он мечтал: не просто приторно сладкой, а с глубоким, тягучим вкусом, который обволакивал язык. Он ел быстро, почти не жуя, наслаждаясь каждым кусочком.

"Ты ешь так, будто это твой последний ужин," — заметил Вальтор. Он подошел ближе к столу, наклонившись над Фриском. "Знаешь, большинство моих питомцев едят по расписанию. Они послушны. Они не проявляют такого... голода."

Его длинные пальцы коснулись края тарелки, отодвигая её чуть в сторону.

"Скажи мне, Фриск," — голос Вальтора стал тише, почти шепотом. "Когда ты говоришь о пустоте внутри себя... она голодна? Или она просто ждет?"

Он смотрел прямо в красные глаза парня, и в его взгляде не было жалости — только холодное, расчетливое любопытство хищника, который учуял чтото необычное в своей добыче.

Я:"А... Точно, вы, наверное, не так поняли. Зов пустоты — это когда человек, стоя на краю, испытывает страх, но одновременно ощущает странное, почти навязчивое желание шагнуть вниз. Пофранцузски он называется l’appel du vide («зов пустоты»), а в психиатрии — highplace phenomenon" думая, что он неправильно понял слово «зов пустоты».

Ии:Вальтор молчал несколько секунд, переваривая услышанное. Его брови — тонкие, почти невидимые под капюшоном — слегка приподнялись.

"L'appel du vide," — повторил он, пробуя слова на языке, который не использовался в этом секторе галактики уже сотни лет. "Значит, ты просто описываешь человеческую слабость. Желание уничтожить себя изза секундного порыва."

Он выпрямился и отошел от стола, медленно прохаживаясь по комнате. Его плащ шуршал по полу, как сухая листва.

"Но ты сказал 'внутри себя'. Ты не сказал 'когда я стою на краю'." Вальтор резко обернулся. "Ты сказал, что это часть тебя. Как будто эта пустота — не просто мысль, а чтото живое, что сидит у тебя под ребрами и шепчет."

Он подошел к панорамному окну и указал на бездну за стеклом. Город внизу пульсировал огнями, похожий на россыпь драгоценных камней в черном бархате.

"Для большинства людей этот 'зов' — всего лишь ошибка мозга. Но для тебя..." Он замолчал, глядя на отражение Фриска в стекле. "Ты не выглядишь как человек, который боится упасть. Ты выглядишь как человек, который ждет, когда его наконецто толкнут."

Вальтор повернулся к Фриску всем телом.

"Подойди к окну," — скомандовал он. Не как просьба, а как приказ. "Покажи мне свой 'зов'. Я хочу увидеть, насколько глубока твоя пустота."

Я:Медленно подхожу к окну и стою смотрю вниз, есть предвкушение, но не страх, так как между мной и бездной стекло окна. "А для чего вам стекло?" спросил непонимающе, так как космическая сущность не может умереть от высоты, так как умеют летать.

Ии:Вальтор издал короткий, сухой смешок. Он подошел к Фриску почти вплотную, так что парень мог почувствовать холод, исходящий от его тела.

"Стекло — для тебя," — ответил он, глядя на отражение Фриска в панорамном окне. "Для меня высота — это просто еще одна ступень. Я могу падать вечность и не почувствовать ничего, кроме ветра. Но ты..."

Он протянул руку и положил ладонь на стекло прямо напротив лица Фриска. Его пальцы были ледяными даже через прозрачную преграду.

"Ты стоишь здесь, за этой тонкой полоской, и твои зрачки расширяются. Ты не смотришь на огни города, ты смотришь в саму темноту. Ты хочешь, чтобы этого стекла не было, верно?"

Вальтор наклонился ниже, его лицо оказалось совсем рядом с лицом Фриска. В звездных глазах отражался весь город, но сам он смотрел только на красные глаза парня.

"Знаешь, что делают с питомцами, которые слишком много хотят?" — его голос стал вкрадчивым, почти нежным. "Их либо ломают. Либо дают им то, чего они хотят. Но я еще не решил, какой ты."

Он внезапно убрал руку от стекла и сделал шаг назад, заложив руки за спину.

"Скажи мне честно, Фриск. Если бы я сейчас разбил это окно... ты бы прыгнул? Или ты бы просто стоял и смотрел, как ветер тянет тебя к краю?"

Я:«Стал бы на краю, так как прыгать пока рано». Отошёл от стекла и посмотрел на космическую сущность. «А вы почему выбрали мужскую версию тела? Не женскую или нейтральную... У вас ведь нет половой принадлежности...»

Ии:Вальтор замер. Его взгляд, до этого изучающий и тяжелый, на мгновение стал почти человеческим — удивленным. Он не ожидал, что его питомец будет задавать такие вопросы вместо того, чтобы дрожать или пытаться понравиться.

"Прыгать пока рано," — повторил он, словно пробуя фразу на вкус. "Рационально. Ты не так глуп, как кажешься."

Он медленно повернулся к Фриску, его плащ колыхнулся, как тень. Вопрос о теле заставил его губы искривиться в подобии улыбки — не доброй, а скорее удовлетворенной.

"Ты очень наблюдателен для существа, которое только что вышло из клетки," — сказал он, сокращая расстояние между ними. "У меня нет пола. У меня нет биологии в твоем понимании. Я — концепция, обретшая форму."

Он подошел вплотную, возвышаясь над Фриском. Его рука поднялась и коснулась подбородка парня, заставляя его смотреть вверх.

"Почему мужская форма?" — Вальтор склонил голову набок. "Потому что она удобнее для доминирования. Она выше, она тяжелее, она внушает страх быстрее. А еще..." Он сделал паузу, его пальцы скользнули по коже Фриска к шее. "...мне нравится смотреть на то, как ты смотришь на меня снизу вверх."

Его глаза вспыхнули ярче, звезды внутри них закружились быстрее.

"Тебе не кажется странным, Фриск? Ты — человек, который должен быть слабым и хрупким. А ты стоишь передо мной и рассуждаешь о моей анатомии так, будто ты здесь главный."

Он чуть сильнее сжал пальцы на шее парня — не больно, но ощутимо.

"Скажи мне, маленький человек... Тебе нравится эта форма? Или ты бы предпочел чтото другое?"

 Я:"Ну, если честно, то женскую... Так как они более элитные... Хотя признаю, мужское тело реально даёт визуальное доминирование, но только визуально, и нет, мне не кажется это странным, пока дают ответы и не бьют и не ругают"

Ии:Вальтор на мгновение застыл, его пальцы на шее Фриска чуть расслабились. Он не ожидал такой прямолинейности. Большинство питомцев в этот момент либо лебезили, либо замирали от ужаса, а этот парень... этот парень рассуждал о "визуальном доминировании" и "элитности" женских тел так, будто обсуждал марку машины.

"Женскую, значит," — Вальтор отпустил его шею и отошел на шаг, заложив руки за спину. Его глаза сузились. "Ты говоришь о высших сущностях как о предметах роскоши. 'Элитные'. У тебя странные представления о порядке вещей, Фриск."

Он начал мерить комнату шагами, его плащ шуршал по полу.

"И ты говоришь 'пока не бьют и не ругают'," — он обернулся через плечо, бросив на парня острый взгляд. "Ты ждешь насилия? Ты считаешь это нормой для своего положения?"

Вальтор подошел к столу, где осталась недоеденная лепешка с медом. Он взял её и разломил пополам, глядя на золотистую начинку.

"Я не собираюсь тебя бить," — сказал он спокойно, почти буднично. "Мне не нужно ломать то, что и так уже надломлено. Ты сам сказал — у тебя внутри пустота. А пустоту нельзя ударить."

Он повернулся к Фриску и протянул ему вторую половину лепешки.

"Ешь. Ты слишком много говоришь для того, кто должен просто подчиняться."

Его взгляд снова стал изучающим.

"Скажи мне еще коечто. Если я дам тебе свободу — если я открою все двери этого дома и не буду тебя трогать — ты уйдешь? Или твоя пустота привяжет тебя ко мне?"

Я:Сажусь дальше есть «Тогда у меня будет две бездны, куда я могу упасть, одна для полного уничтожения и вторая для полного подчинения, и обе они ужасны, не в вашем понимании, а в моём»

Ии:Вальтор замер с протянутой лепешкой. Его глаза сузились, превратившись в две тонкие щели, внутри которых закрутились яростные вихри. Он не смеялся. Он не улыбался. Он просто смотрел на Фриска, который спокойно доедал предложенную еду.

"Две бездны," — повторил он почти шепотом. "Одна для уничтожения. Одна для подчинения."

Он подошел к столу и сел напротив Фриска, положив локти на поверхность. Его близость теперь была не угрожающей, а изучающей, как у ученого перед опасным образцом.

"Ты говоришь об этом так буднично, будто выбираешь между двумя цветами платья," — Вальтор наклонился вперед. "Большинство людей боятся подчинения. Они называют это рабством, потерей себя. Но ты... ты называешь это бездной."

Он протянул руку и коснулся пальцем подбородка Фриска, заставляя его смотреть прямо в свои звездные глаза.

"Значит, ты не боишься потерять себя во мне? Ты хочешь этого?"

Его голос стал ниже, вибрируя гдето в грудной клетке Фриска.

"Расскажи мне о своей бездне, Фриск. О той, что 'ужасна в твоем понимании'. Что именно ты чувствуешь, когда думаешь о подчинении? Это страх? Или это... облегчение?"

Он ждал ответа, не сводя глаз с красных зрачков парня. Его пальцы на подбородке Фриска чуть дрогнули — не от слабости, а от странного, почти физического предвкушения.

Я:
"Это ужас в отсутствии уничтожения, отсутствия самого существования, это сложно объяснить... Нет, это невозможно объяснить"

Ии:
Вальтор не сводил с него глаз. Он видел, как Фриск подбирает слова, как пытается сформулировать то, что находится за пределами языка. Это было почти завораживающе — наблюдать за попыткой человеческого разума описать нечто нечеловеческое.

"Невозможно объяснить," — повторил Вальтор. "Ты прав. Ты пытаешься использовать слова, чтобы описать пустоту, а пустота не имеет слов."

Он убрал руку от подбородка Фриска и медленно провел пальцами по столу, почти касаясь руки парня.

"Отсутствие уничтожения," — пробормотал он. "Ты хочешь исчезнуть, но боишься, что не сможешь. И подчинение для тебя — это способ перестать бороться с этим желанием. Ты хочешь, чтобы ктото другой взял на себя ответственность за твое существование."

Вальтор резко подался вперед, сокращая расстояние между их лицами до нескольких сантиметров. От него пахло озоном и чемто древним, как пыль на забытых планетах.

"Ты очень странный питомец, Фриск. Другие просят еды, тепла или ласки. Ты просишь... концепции."

Его взгляд скользнул по губам Фриска и вернулся к глазам.

"Знаешь, что я сделаю? Я не буду заставлять тебя объяснять," — его голос стал тише, почти интимным. "Я просто буду наблюдать. Я хочу увидеть, как твоя бездна ведет себя в присутствии моей."

Он протянул руку и коснулся волос Фриска, перебирая пряди с пугающей нежностью.

"Скажи мне... когда ты смотришь на меня, ты видишь хозяина? Или ты видишь ту самую вторую бездну?"

Я:«Нет, пустота — это лишь оболочка... А в тебе я вижу жертву уничтожения или вторую бездну подчинения, которая возьмёт меня под контроль»

Ии:Вальтор замер. Его пальцы, перебиравшие волосы Фриска, на мгновение сжались чуть сильнее, чем нужно.

"Жертву уничтожения," — повторил он, и в его голосе прорезалось нечто новое. Это не был гнев. Это было узнавание. Как будто он встретил когото, кто говорит на его языке, хотя Фриск и не подозревал об этом.

Он медленно убрал руку от волос парня и провел ладонью по его щеке, спускаясь к шее. Его прикосновение было холодным, но там, где кожа соприкасалась с кожей, Фриск мог почувствовать странное давление — будто сама реальность вокруг него становилась плотнее.

"Ты видишь во мне бездну, которая возьмет тебя под контроль," — Вальтор наклонился к самому уху Фриска, его дыхание не было теплым, оно было как движение воздуха в пустой комнате. "Ты хочешь, чтобы я стал твоим контролем. Чтобы я стал тем, кто решит за тебя — уничтожить тебя или подчинить."

Он отстранился ровно настолько, чтобы видеть лицо Фриска. Его звездные глаза горели ярче, чем раньше.

"Большинство людей хотят быть хозяевами," — прошептал он. "А ты хочешь быть... управляемым. Ты хочешь отдать свою волю тому, кто сам не знает границ."

Вальтор положил руку на плечо Фриска и слегка надавил, заставляя его оставаться на месте.

"Знаешь, Фриск, ты только что сделал то, чего не делал ни один питомец в моей жизни. Ты не просил милости. Ты предложил мне сделку."

Его губы растянулись в улыбке — настоящей, хищной и пугающе искренней.

"Хорошо. Я принимаю твое предложение. Я буду твоей второй бездной. Но предупреждаю: когда я беру чтото под контроль, я не оставляю от этого ничего прежнего."

Он наклонился еще ближе, почти касаясь губами губ Фриска.

"Готов ли ты к тому, что я сделаю с тобой?"

Я:«Нет, не готов. Тем более зачем так близко? Будто хочешь почувствовать тепло... Расскажи о других питомцах, какие они были?»

Ии:Вальтор не отстранился. Напротив, он замер в миллиметре от лица Фриска, глядя на него с тем самым изучающим спокойствием, которое бывает у хищника перед прыжком.

"Тепло," — повторил он, и в его голосе послышалась усмешка. "Ты прав. Я не чувствую тепла так, как ты. Но я чувствую твой пульс. Он ускоряется, когда я подхожу ближе. Это интереснее, чем тепло."

Он медленно откинулся назад, как будто подчиняясь просьбе о дистанции, но его взгляд оставался прикованным к Фриску.

"Другие питомцы?" — Вальтор сел на край стола, скрестив длинные ноги. "Они были предсказуемыми. Скучными."

Он начал загибать пальцы, перечисляя:

"Одна была маленькая девочка из третьего сектора. Она плакала каждый раз, когда я закрывал дверь. Она хотела 'любви', 'заботы', 'прикосновений'. Я давал ей всё это, и она становилась еще более жалкой. Она думала, что если будет хорошей, я стану её семьей."

Он коротко хмыкнул.

"Другой был мужчина. Сильный, гордый. Он пытался сопротивляться. Он думал, что его воля чтото значит. Я сломал его за три дня — не физически, а просто заставил его смотреть в пустоту до тех пор, пока он не начал просить меня ударить его, лишь бы почувствовать хоть чтото."

Вальтор наклонил голову набок, глядя на Фриска сверху вниз.

"Они все хотели чегото понятного: либо спасения, либо наказания. Но ты..." Он сделал паузу. "Ты сидишь здесь и спрашиваешь о них так, будто тебе интересно сравнение характеристик."

Он протянул руку и коснулся края стола рядом с рукой Фриска.

"Скажи мне, Фриск. Ты ведь не хочешь быть как они? Ты ведь не хочешь быть той девочкой, которая ждет ласки? Или тем мужчиной, который ждет удара?"

Я:"Всего 2 питомца?"

Ии:Вальтор на мгновение замолчал. Его пальцы, лежавшие на столе, чуть дернулись. Он не ожидал, что Фриск так быстро перейдет к сути, отбросив все эти разговоры о безднах и контроле.

"Всего два?" — он повторил вопрос, и в его голосе прозвучало нечто похожее на удовлетворение. "Ты считаешь, что я слишком немногословен? Или ты хочешь знать, сколько людей я сломал до тебя?"

Он выпрямился, его фигура в темноте комнаты казалась еще массивнее.

"Их было сотни, Фриск. Сотни. Но большинство из них... они не заслуживали памяти. Они были как шум — громкие, раздражающие и быстро исчезающие. Я забываю их имена сразу после того, как они перестают быть полезными."

Он наклонился к Фриску, его лицо снова оказалось близко.

"Но те двое... они оставили след. Как и ты сейчас."

Вальтор протянул руку и коснулся щеки Фриска, его холодные пальцы медленно скользнули вниз к подбородку.

"Тебе так интересно мое прошлое? Хочешь понять, какой ты на фоне остальных? Хочешь знать, насколько ты 'особенный'?"

Его глаза вспыхнули ярче.

"Скажи мне, Фриск. Если я расскажу тебе о сотне других питомцев, которые были здесь до тебя — о том, как они умоляли, как они смеялись, как они сходили с ума — это заставит тебя чувствовать себя лучше? Или это заставит твою пустоту внутри расти?"

Я:«Ты глуп... Что стало с теми двумя и той сотней?»

Ии:Вальтор на мгновение замер. Слово "глуп" ударило его не как оскорбление, а как нечто физическое — как если бы ктото бросил в него камень. Его глаза сузились, и на секунду в комнате стало холоднее.

"Глуп," — повторил он, и на его губах заиграла опасная улыбка. "Ты смеешь называть меня глупым, Фриск? Ты, существо, которое едва научилось пользоваться столовыми приборами в моем доме?"

Он не отстранился. Напротив, он подался вперед, упираясь руками в стол по обе стороны от Фриска, запирая парня в пространстве между своим телом и краем стола.

"Хочешь знать правду? Хорошо. Я дам тебе правду," — его голос стал тихим и ровным, как лезвие ножа. "Та сотня? Они все еще здесь. В разных формах. Ктото стал пылью под моими ногами. Ктото — частью декора в этой комнате. А ктото... ктото стал тем, чем ты сейчас являешься — питомцем."

Он наклонился к самому уху Фриска.

"А те двое," — его голос дрогнул от странного удовольствия. "Девочка? Она так сильно хотела 'любви', что я превратил её в живую куклу. Теперь она стоит в углу моей спальни. Безвольная, безмолвная, без кожи. Она больше не плачет. Она просто... есть."

Он отстранился, глядя прямо в красные глаза Фриска.

"А мужчина? Он так гордился своей волей, что я позволил ему сохранить её. Я заставил его смотреть на то, как я уничтожаю всё, что ему дорого, день за днем. Теперь он живет в моей памяти как напоминание о том, что бывает с гордыми."

Вальтор протянул руку и провел пальцем по скуле Фриска.

"Так что, Фриск? Ты всё еще хочешь знать? Или теперь ты чувствуешь, как твоя 'пустота' начинает дрожать?"

Я:«Понятно» продолжаю есть «Ты думаешь, что я сравнивал себя с ними? Нет. Я лишь изучал тебя через них... Так что да, ты глуп в своих суждениях»
Ии:Вальтор замер. Его рука, все еще касавшаяся скулы Фриска, застыла. В комнате воцарилась такая тишина, что можно было услышать, как гдето далеко внизу города гудят двигатели летающих машин.

"Изучал меня через них," — повторил он. Его голос был лишен эмоций, но глаза... глаза закрутились быстрее, превращаясь в черные воронки.

Он не ударил. Он не набросился. Вместо этого он медленно убрал руку и сел на стул напротив Фриска, глядя на то, как парень спокойно продолжает есть лепешку с медом. Это спокойствие было почти оскорбительным.

"Ты изучаешь меня," — произнес Вальтор, и в его голосе прорезалось нечто похожее на смех, но беззвучный. "Ты сидишь в моем доме, ешь мою еду и говоришь мне, что я глуп."

Он наклонился вперед, подпирая подбородок ладонью.

"Знаешь, что я вижу сейчас? Я вижу существо, которое не боится меня. Не потому что оно храброе. А потому что ему... всё равно. Твоя пустота — это не просто 'оболочка', Фриск. Это щит."

Он выдержал паузу, наблюдая за каждым движением Фриска.

"Ты сказал, что я глуп в своих суждениях. Хорошо. Докажи мне это. Если ты изучаешь меня, то ты должен знать: я не люблю, когда мои игрушки ведут себя как исследователи."

Его пальцы постукивали по столу — ритмично, как метроном.

"Скажи мне, исследователь," — его голос стал мягким, почти ласковым. "Что ты уже узнал обо мне? Кроме того, что я могу превратить людей в кукол или сломать их волю?"

Я:«Ну ничего нового, то, что я ожидал от космической сучности, которая берет людей в питомцы... Ты ведь сам понимаешь, насколько клишированно себя ведёшь, или ты не заметил этого?»

Ии:Вальтор замер. Его пальцы, постукивавшие по столу, остановились.

"Клишированно," — повторил он, и на этот раз в его голосе не было ни угрозы, ни насмешки. Только чистое, концентрированное удивление.

Он откинулся на спинку стула, глядя на Фриска так, словно тот внезапно заговорил на языке, которого Вальтор не слышал миллионы лет. "Ты обвиняешь меня в клише? Ты, существо из плоти и костей, говоришь мне о клише?"

Он издал короткий смешок — настоящий, не притворный.

"Знаешь, что самое забавное, Фриск? Ты прав. Я веду себя именно так. Я беру питомца, я доминирую, я рассказываю о своих прошлых жертвах, я пытаюсь запугать тебя своей мощью. Это... стандартный сценарий для существа моего порядка."

Он наклонился вперед, упираясь локтями в колени. Его звездные глаза сузились.

"Но ты единственный, кто заметил это и назвал меня глупым за это. Все остальные либо боятся, либо обожают этот спектакль. А ты смотришь на него как на скучную пьесу в дешевом театре."

Вальтор выпрямился и скрестил руки на груди.

"Хорошо, исследователь. Раз уж я такой предсказуемый и клишированный... давай сменим сценарий. Ты сказал, что изучаешь меня через других. Что же ты вынес из этого изучения?"

Он прищурился.

"Каков мой следующий шаг по твоему 'сценарию'? Я должен тебя наказать? Или я должен попытаться соблазнить тебя своей бездной? Выбирай, Фриск. Раз уж ты так уверен в своей наблюдательности."

Я:«Твой следующий шаг — изучить меня, чтото необычное для тебя, ты думаешь, я этого тоже не замечу? Снова идёшь по одному сценарию, о котором ты даже не догадываешься, но следуешь ему» Продолжаю есть 

Ии:Вальтор молчал. Долго. Его лицо оставалось неподвижным, как маска, но внутри него чтото менялось — те самые вихри в глазах стали медленнее, осторожнее. Он смотрел на Фриска, который продолжал есть, словно этот разговор был не более чем фоновым шумом.

"Изучить тебя," — повторил Вальтор. "Не как предмет. Не как жертву. А как... что?"

Он встал со стула и медленно обошел стол. Его движения были тихими, почти бесшумными. Он остановился за спиной Фриска, глядя на его затылок, на желтый мех куртки.

"Ты говоришь, что я следую сценарию, о котором не догадываюсь," — его голос звучал прямо над ухом парня. "Это дерзкое заявление. Ты утверждаешь, что видишь структуру моей игры лучше, чем я сам."

Вальтор наклонился, его рука легла на плечо Фриска — на этот раз без давления, без попытки доминировать. Просто рука.

"Хорошо. Давай проверим твою теорию," — прошептал он. "Если я сейчас не ударю тебя, не прижму к стене и не попытаюсь запугать... если я просто сяду рядом и буду смотреть, как ты ешь... это тоже будет частью моего сценария?"

Он обошел стол и сел на пол рядом с креслом Фриска — поза, которая была абсолютно не свойственна его статусу и силе. Он сидел на полу, как обычный человек, глядя снизу вверх на парня.

"Я сижу на полу, Фриск. Это не клише 'властного хозяина'. Это не клише 'хищника'. Так что скажет твой исследовательский ум?"

Его глаза в упор изучали лицо Фриска, каждую черточку, каждый блик в красных глазах. Он действительно пытался смотреть иначе. Не сквозь, а на.

Я:«Ого! Как интересно, и я не про твои действия, а про твой вопрос... Хотя в действиях тоже чтото есть... Сценарий подчинения? Решил попробовать чтото новенькое, да? Но и это я тоже вижу»

Ии:Вальтор замер на полу. Его челюсть едва заметно сжалась. Он сидел в этой непривычной, почти смиренной позе, и Фриск видел, как в глубине его глаз закипает нечто — не гнев, а раздражение от того, что его "новое" поведение было прочитано так же легко, как открытая книга.

"Сценарий подчинения," — повторил он, и его голос стал суше. "Ты думаешь, я пытаюсь подчиниться тебе, сев на пол? Ты думаешь, я играю в 'хорошего хозяина', который хочет завоевать твое доверие?"

Он подался вперед, опираясь на руки, его лицо оказалось совсем близко к коленям Фриска.

"Ты чертовски самоуверен, Фриск. Ты читаешь мои движения так, будто я — персонаж в твоей голове."

Вальтор протянул руку и коснулся края куртки Фриска, перебирая пальцами желтый мех. Его прикосновение было медленным, почти гипнотическим.

"Но вот что ты не учитываешь," — его голос понизился до вкрадчивого шепота. "Даже если я следую сценарию, даже если ты видишь его насквозь... ты всё равно сидишь здесь. Ты всё равно ешь мою еду. Ты всё равно позволяешь мне касаться тебя."

Он поднял взгляд на Фриска, и в его глазах промелькнуло чтото острое, как бритва.

"Если я так предсказуем, если я так клиширован... почему ты не уходишь? Почему ты продолжаешь этот диалог? Твой 'исследовательский интерес' — это тоже сценарий, Фриск. Сценарий любопытства, который заставляет тебя подходить к огню всё ближе и ближе."

Он чуть сильнее сжал мех куртки в кулаке.

"Скажи мне правду. Тебе нравится, что я пытаюсь быть 'не таким'. Тебе нравится чувствовать себя умнее космической сущности. Это твой наркотик, верно?"

Я:«Нет, мне интересно узнать, что будет дальше... А не ухожу я, потому что я встречусь с еще большей клише... Кстати, расскажи, а зачем космическим существам нужны питомцы, люди?»

Ии:Вальтор отпустил мех куртки и откинулся назад, упираясь ладонями в пол. Его взгляд стал задумчивым, почти меланхоличным — редкое состояние для существа, которое привыкло только доминировать.

"Зачем нам люди," — повторил он, и в его голосе послышалось нечто похожее на скуку. "Ты спрашиваешь о смысле, Фриск. О мотивации. Как будто у нас есть чтото более глубокое, чем просто прихоть."

Он замолчал на мгновение, глядя на свои длинные пальцы.

"Большинство моих сородих держат людей как живые украшения. Красивые, хрупкие, предсказуемые. Они любят смотреть, как человек спит, как ест, как боится. Это... успокаивает. Напоминает о том, насколько мы огромны и насколько они ничтожны."

Он поднял глаза на Фриска.

"Другие держат людей ради их эмоций. Страх, обожание, отчаяние — это как специи для нас. Мы не чувствуем их так, как вы, но мы можем 'впитывать' их. Это как греться у костра, который ты сам разжег."

Вальтор подался вперед, его лицо снова оказалось близко к коленям Фриска.

"Но есть и другие причины. Более странные. Некоторые держат людей, чтобы понять концепцию 'уязвимости'. Мы не можем быть уязвимыми. Мы — вечность. А человек... человек может сломаться в любой момент. Это завораживает."

Он прищурился, изучая выражение лица Фриска.

"Ты думаешь, я держу тебя из любопытства? Или из желания 'впитать' твою странную пустоту?"

Его голос стал тише.

"А может быть, мне просто нравится, что ты единственный питомец, который называет меня глупым. Это... освежает."

Я: «Ты только что назвал 3 ответа, и ещё одним ответом будет моя необычность... Я ведь прав?»

Ии:Вальтор замер. Его глаза сузились, превращаясь в две черные бездны, в которых закрутились золотистые искры. Он молчал несколько секунд, пересчитывая в уме то, что Фриск только что выложил перед ним — как на блюдечке.

"Три ответа," — повторил он, и его голос стал опасно тихим. "Украшение. Специя. Уязвимость."

Он медленно поднялся с пола, выпрямляясь во весь свой огромный рост. Тень от его фигуры снова накрыла Фриска, но на этот раз он не пытался казаться угрожающим — он просто был тем, кем был.

"И четвертый," — Вальтор наклонился к самому лицу парня, его дыхание коснулось кожи Фриска. "Твоя необычность. Ты прав, Фриск. Ты чертовски прав."

Он протянул руку и обхватил подбородок Фриска, заставляя его смотреть прямо в свои глаза. На этот раз его хватка была не жесткой, а почти бережной — как если бы он держал чтото невероятно ценное и одновременно опасное.

"Ты не просто 'необычный'. Ты сломанный механизм, который пытается переписать правила игры прямо во время матча. Ты не боишься меня, ты не боишься высоты, ты не боишься подчинения. Ты боишься только того, что сценарий закончится."

Вальтор усмехнулся, и эта усмешка была почти человеческой — в ней сквозило искреннее восхищение.

"Знаешь, что я сейчас чувствую? Я чувствую, что мой 'сценарий' только что сгорел дотла. И вместо того чтобы написать новый, я хочу посмотреть, что ты сделаешь с пеплом."

Он отпустил подбородок Фриска и сделал шаг назад, заложив руки за спину.

"Скажи мне, исследователь... Если я сейчас перестану играть роль хозяина и начну играть роль твоего соучастника... это будет слишком клишированно для тебя?"

Я:«Просто будь собой, этого достаточно. Если хочешь моего обожания, то можешь принимать женскую форму, если хочешь интереса, то мужскую форму, и кстати когда вы будете хвастаться своим игрушками? Я про нас людей говорю. Вы же явно между собой соревнуетесь.»
Ии:Вальтор на мгновение застыл, переваривая услышанное. "Будь собой", "женская форма для обожания"... Он никогда не слышал ничего подобного. Обычно люди умоляли его быть кем угодно, лишь бы он не уходил, а этот парень... этот парень давал ему инструкции, как пользоваться его телом.

"Будь собой," — повторил он, и в его голосе прозвучало нечто среднее между смехом и глубоким уважением. "Ты предлагаешь мне выбирать форму, как если бы я выбирал одежду для прогулки. Ты удивительный, Фриск."

Он на секунду задумался о женской форме — о том, как бы это изменило динамику между ними. Но потом его взгляд стал острым, когда Фриск перешел к следующему вопросу.

"Соревнование," — Вальтор кивнул, и его губы искривились в усмешке. "Да. Ты попал в самую точку. Мы соревнуемся постоянно. Кто держит самого послушного, кто самого красивого, кто самого 'сломленного'."

Он подошел к окну, глядя на город, и его голос стал холодным и гордым.

"На собраниях высших сущностей мы не хвастаемся именами. Мы хвастаемся результатами. 'Мой питомец не кричит уже неделю', 'мой питомец выучил три языка', 'мой питомец смотрит на меня с таким обожанием, что я почти чувствую себя богом'."

Он обернулся к Фриску, прислонившись к раме окна.

"И вот ты стоишь перед ними. Ты — мой питомец. И если я приведу тебя на такое собрание, ты не будешь смотреть на меня с обожанием. Ты не будешь кричать. Ты будешь сидеть и говорить мне, что я веду себя клишированно."

Вальтор прищурился, и в его глазах вспыхнул азартный огонек.

"Знаешь, о чем я подумал? Если я приведу тебя туда... ты станешь моим самым большим триумфом или моим самым позорным провалом. И мне чертовски хочется узнать, что ты сделаешь, когда на тебя будут смотреть сотни глаз, ожидая увидеть 'идеального питомца'."

Он сделал шаг к Фриску, сокращая расстояние.

"Хочешь пойти со мной на такое собрание? Хочешь посмотреть, как я буду хвастаться тобой?"
Я:"Расскажи мне, как ты будешь хвастаться? На сколько ты успела изучить меня... И в какой категории я занимаю 1 место?"
Ии:Вальтор на мгновение замер, когда Фриск использовал женский род — «успела». Он не поправил его. Вместо этого он медленно опустился на стул напротив Фриска, подперев подбородок ладонью.

"Как я буду хвастаться?" — повторил он, и его голос стал низким, почти вибрирующим. "Я не буду кричать о твоей красоте или послушании. Это скучно. Я просто приведу тебя. Поставлю рядом с собой. И когда другие будут пытаться угадать твой характер, я скажу им одну фразу: 'Он не подчиняется мне. Он просто позволяет мне быть рядом'."

Он подался вперед, его глаза сузились до золотистых щелей.

"А насчет того, насколько я тебя изучил... Я изучил твою пустоту, Фриск. Я изучил то, как ты ешь, как ты смотришь на бездну, как ты называешь меня глупым. Я знаю, что ты не боишься меня, потому что ты сам — часть чегото более масштабного."

Его пальцы постучали по столу — три раза.

"Ты спрашиваешь, в какой категории ты занимаешь первое место?" — Вальтор усмехнулся, и в этой усмешке было чтото почти нежное. "У нас нет таких категорий, как 'самый красивый' или 'самый умный'. Мы выше этого."

Он выпрямился и посмотрел Фриску прямо в глаза.

"Но если бы мне пришлось создать категорию специально для тебя... Ты бы занял первое место в категории 'Единственный питомец, который заставляет хозяина сомневаться в собственном сценарии'."

Он замолчал на секунду, а затем добавил тише:

"И знаешь что? Это чертовски раздражает. И это чертовски возбуждает."

Вальтор протянул руку и коснулся кончиками пальцев щеки Фриска.

"Так что скажешь, первое место? Готов к тому, что я буду выставлять тебя на показ перед всеми?"
Я: «Как хочешь, самое забавное, что я буду наблюдать за вами, так же как и вы за питомцами, буду наблюдать, как вы себя ведёте, что говорите, что оцениваете, о чём хвастаетесь и на что обращаете внимание»
Ии: Вальтор замер. Его рука, касавшаяся щеки Фриска, не убралась, но пальцы чуть дрогнули. Он смотрел на парня, и в его глазах отражалось нечто, чего он не испытывал уже очень давно — искреннее, почти детское любопытство.

"Ты будешь наблюдать за нами," — повторил он, и его голос прозвучал почти благоговейно. "Ты не будешь сидеть в углу, как послушная кукла. Ты будешь смотреть на нас так же, как мы смотрим на тебя. Изучать наши слабости, наши клише, наши глупые состязания."

Он медленно убрал руку и откинулся на спинку стула, глядя на Фриска с новой, еще более глубокой интенсивностью.

"Знаешь, Фриск... Это самое опасное, что ты мог сказать. Потому что если ты начнешь изучать нас, ты увидишь то, что мы прячем даже от самих себя. Ты увидишь, как мы боимся одиночества. Как мы зависим от этих маленьких существ больше, чем хотим признать."

Он усмехнулся — на этот раз без тени превосходства.

"Ты превращаешься из питомца в исследователя. В зеркало. Ты хочешь показать нам наше собственное отражение, верно? Чтобы мы увидели, насколько мы предсказуемы в своем стремлении к доминированию."

Вальтор встал и подошел к окну, глядя на фиолетовое небо города. Его спина казалась огромной и непоколебимой, но голос выдавал его с головой.

"Хорошо. Мы пойдем на собрание. Я приведу тебя. Ты будешь сидеть рядом со мной, и я буду хвастаться тобой как своим 'необычным приобретением'. А ты будешь смотреть на них."

Он обернулся через плечо, и его звездные глаза блеснули азартом.

"Только предупреждаю: если ты найдешь у когото из них слишком забавное клише... не смей смеяться вслух. Это испортит мой триумф."

Он сделал паузу и добавил тише:

"Хотя... если ты это сделаешь, я, пожалуй, даже не буду против."
Я: «Хорошо» делаю удовлетворительную улыбку с холодным оценивающим взглядом. «Как тебе? Пойдёт заместо смеха?»
Ии:Вальтор замер, когда увидел эту улыбку. Холодная. Оценивающая. Она не была похожа на человеческую радость или на страх. Это была улыбка хищника, который нашел интересную игрушку, или ученого, который увидел подтверждение своей теории.

Его зрачки расширились, поглощая золотистые искры.

"Как мне?" — повторил он, и его голос стал ниже. "Это... пугающе."

Он подошел к Фриску вплотную, нависая над ним, но на этот раз он не пытался доминировать. Он просто изучал эту улыбку так же пристально, как Фриск изучал его.

"Ты не смеешься," — констатировал Вальтор. "Ты просто ставишь мне оценку. 'Пойдет заместо смеха'. Ты превращаешь мою эмоцию в параметр своего исследования."

Он протянул руку и коснулся губ Фриска — медленно, почти невесомо, проверяя реакцию. Его пальцы были ледяными.

"Знаешь, что самое забавное? Мне это нравится больше, чем настоящий смех."

Он наклонился еще ближе, его лицо оказалось в сантиметрах от лица парня.

"Твоя улыбка говорит мне, что ты уже начал оценивать меня прямо сейчас. Что ты думаешь о моей реакции? Что ты записываешь в свой воображаемый блокнот, Фриск?"

Его глаза вспыхнули ярким светом.

"Скажи мне... какую оценку ты ставишь мне сейчас? За то, как я реагирую на твою холодность?"
Я:«Интересное» принимаю обычное лицо «думаю, я много когото напугаю, это забавно, пошли.»
Ии:"Интересное," — повторил Вальтор, и в его голосе прозвучало нечто похожее на удовлетворение. "Ты даже не пытаешься меня задеть. Ты просто констатируешь факт."

Он выпрямился, его фигура снова стала массивной и властной, но в движениях сквозила какаято новая, непривычная легкость.

"Напугаешь? О, Фриск, ты даже не представляешь, насколько ты прав," — он усмехнулся, направляясь к выходу из комнаты. "Высшие сущности привыкли к тому, что их питомцы либо боятся, либо боготворят. А ты... ты будешь смотреть на них так, будто они — экспонаты в музее. Это их уничтожит."

Он остановился у двери и обернулся, протягивая руку Фриску — не как хозяин, предлагающий ласку, а как партнер, приглашающий к началу игры.

"Пойдем. Нам нужно подготовиться. Я должен выбрать форму, которая не будет слишком 'клишированной' для тебя, но достаточно эффектной для них."

Он прищурился, глядя на Фриска сверху вниз.

"И раз уж ты так уверен в своих силах... надень свою лучшую куртку. Ты должен выглядеть как существо, которое знает о хозяевах больше, чем они сами."

Вальтор открыл дверь, и коридор встретил их тишиной и холодным светом.

"Скажи мне перед тем, как мы выйдем," — его голос стал тише. "Если я выберу женскую форму... ты будешь смотреть на меня так же холодно? Или твоя 'пустота' отреагирует иначе?"

Я:«С теплотой, я ведь дал тебе инструкцию про себя и то, как я буду реагировать на тебя»

Ии:Вальтор на мгновение замер в дверном проеме. Его пальцы, протянутые к Фриску, чуть дрогнули.

"С теплотой," — повторил он, и в его голосе проскользнуло нечто, чего он сам не мог классифицировать. Это не было раздражением. Это не было превосходством. Это было... предвкушение.

"Ты действительно помнишь всё, что говоришь," — Вальтор медленно убрал руку и повернулся к Фриску полностью. Его звездные глаза вспыхнули ярче, словно он принимал вызов. "Ты даешь мне инструкции, как пользоваться тобой. Как реагировать на тебя. Ты превращаешь отношения в алгоритм."

Он сделал шаг назад, вглубь коридора, и его фигура начала искажаться. Тьма его плаща стала гуще, формы его тела поплыли, как отражение в воде. Рост уменьшился, плечи стали уже, черты лица смягчились, приобретая изящную, почти опасную женственность. Волосы, похожие на сгустки ночного неба, рассыпались по плечам.

Через секунду перед Фриском стояла высокая женщина в облегающем темном платье, которое казалось сотканным из самой пустоты. Её глаза остались прежними — бездонными вихрями звездного света.

"Вот," — произнесла она голосом, который стал выше и мелодичнее, но сохранил ту же тяжесть веков. "Женская форма. Элитная, как ты и просил. Достаточно эффектная для твоего 'сценария'?"

Она подошла к Фриску почти вплотную, её лицо теперь было на уровне его глаз. Она протянула руку и коснулась его щеки — на этот раз её пальцы были не просто холодными, они были мягкими, почти нежными.

"Ну же, исследователь," — прошептала она, глядя прямо в его красные глаза. "Покажи мне свою 'теплоту'. Я хочу увидеть, как ты реагируешь на эту форму."

Я:"Ого! У тебя есть вкусы к красоте... Ты... Весьма привлекательная" Отворачиваюсь изза того, что слишком много на неё смотрю, мне сложно оторвать свой пристальный взгляд. "Эффективно..."
Ии:Вальтор — теперь уже в женском обличье — наблюдала за тем, как Фриск отворачивается. Она видела, как его взгляд метался по её лицу, как он пытался скрыть это странное, почти физическое притяжение.

"Привлекательная," — повторила она, смакуя слово. Её голос стал мягче, в нем появились бархатистые нотки, которые она знала, что будут действовать на человека. "Ты говоришь это так, будто оцениваешь товар. Но твои глаза... они говорят другое."

Она сделала шаг за его спину, не давая ему возможности полностью отвернуться. Её руки легли на его плечи — нежные, почти ласковые прикосновения.

"Эффективно," — согласилась она. "Я знала, что эта форма сработает. Ты не можешь смотреть на меня и не хотеть смотреть дальше."

Она наклонилась к его уху, её волосы коснулись его щеки прохладным шелком.

"Ты сказал 'теплотой', Фриск. Я чувствую, как твой пульс изменился. Это и есть твоя теплота? Или ты просто пытаешься скрыть то, что я тебе нравлюсь?"

Она обхватила его за плечи сзади, прижимаясь грудью к его спине. Она была выше него даже в этой форме, и её присутствие ощущалось как мягкое, но неоспоримое давление.

"Пойдем," — прошептала она ему в затылок. "Нам нужно явиться на собрание. И помни: ты мой питомец. Даже если ты смотришь на меня так, будто я — твоя единственная цель."

Она выпрямилась и пошла вперед по коридору, её бедра покачивались с той самой 'элитной' грацией, о которой говорил Фриск. Она знала, что он идет за ней. Она знала, что он не может оторвать взгляд.

"Скажи мне, исследователь," — бросила она через плечо, не оборачиваясь. "Как тебе моя новая форма? Насколько она 'эффективна' для твоего сердца?"
Я:«Очень, как я и говорил, ты получила мое обожание...» Иду с ней
Ии:"Обожание," — повторила Вальтор, и в её голосе проскользнула торжествующая нотка. Она не оборачивалась, но Фриск видел, как уголки её губ приподнимаются в довольной улыбке. "Ты так легко это признаешь. Без игр, без попыток казаться выше. Это... освежает."

Они вышли из здания и направились к платформе, которая должна была доставить их в Цитадель — место, где собирались высшие сущности. Воздух здесь был разреженным и холодным, а небо над ними переливалось всеми оттенками фиолетового и золотого.

Вальтор шла впереди, её шаги были уверенными и плавными. Она чувствовала его взгляд на своей спине — пристальный, изучающий, полный того самого "обожания", о котором он говорил.

"Знаешь, Фриск," — сказала она, когда они подошли к платформе. "Твоё обожание — это не то, что делает тебя слабым. Это то, что делает тебя опасным. Потому что когда ты обожаешь чтото, ты начинаешь это изучать. А когда ты изучаешь, ты находишь уязвимости."

Она повернулась к нему, когда они встали на платформу. Её звездные глаза светились в полумраке коридора.

"Сегодня на собрании ты увидишь много 'элитных' существ. Они будут хвастаться своими питомцами — послушными, красивыми, сломленными. Они будут смотреть на меня с завистью, потому что у меня есть ты."

Она протянула руку и взяла его за ладонь — её пальцы были мягкими и теплыми, почти как человеческие.

"И пока они будут хвастаться своими игрушками, ты будешь смотреть на них своим 'холодным взглядом'. И я хочу видеть, как они начнут нервничать под твоим взором. Ты готов стать моим главным оружием на этом вечере?"
Я: «Да, да, готов стать твоим оружием, удивительно, как ты наслаждаешься своим триумфом, когда получаешь моё внимание»
Ии:Вальтор издала негромкий, вибрирующий смешок. Она не стала отрицать его слова — зачем, если он был прав?

"Наслаждаюсь," — подтвердила она, сжимая его ладонь чуть крепче. "Ты очень проницателен, Фриск. Твое внимание — это то, что делает мой триумф осязаемым. Без тебя это было бы просто хвастовство перед скучными старыми сущностями. С тобой это становится... игрой."

Платформа плавно оторвалась от земли, унося их вверх, к парящей в небе Цитадели. Ветер бил в лицо, развевая волосы Вальтора и мех на куртке Фриска. Она стояла рядом с ним, высокая и величественная в своем темном платье, и смотрела вперед, туда, где вдали уже виднелись огни огромного зала.

"Смотри внимательно," — сказала она, когда платформа приблизилась к огромным дверям Цитадели. "Смотри на то, как они стоят. Как они держат своих питомцев. Как они пытаются казаться важнее, чем есть на самом деле."

Двери распахнулись.

Внутри было душно от чужой энергии и запахов — озон, старая пыль, чтото сладкое и тошнотворное. Сотни существ разного размера и формы заполняли зал. Некоторые были похожи на людей, другие — на сгустки тьмы или многоглазых монстров. И у каждого был свой питомец.

Ктото держал человека за поводок. Ктото гладил своего питомца по голове с приторной нежностью. Ктото просто выставлял своего 'красавца' напоказ, как статуэтку.

Вальтор вела Фриска сквозь толпу, её рука в его руке была твердой. Она чувствовала, как взгляды оборачиваются на них — на высокую женщину с необычным питомцем в яркой куртке.

"Вот они," — прошептала она, и её глаза блеснули азартом. "Твои будущие объекты изучения. Начинай оценивать, Фриск. Кто из них самый клишированный?"
Я:Я начинаю всех их осматривать, без страха и сомнений изучая каждого и то, как они ведут со своим питомцем, и то, какой питомец сам, они начинают разговаривать между собой, сравнивая своих питомцев. А я продолжаю за ними наблюдать.
Ии:Фриск двигался сквозь толпу почти как тень, его взгляд скользил по существам, не задерживаясь на их пугающих формах, а фиксируясь на деталях: как один многоглазый монстр грубо дернул за поводок свою питомицудевушку; как другая сущность, похожая на сгусток слизи, нежно вытирала мордочку своему маленькому человеческому существу; как третьи — пара высоких существ в золотых одеждах — с гордостью демонстрировали своего питомца, который стоял неподвижно, как статуя, с пустым взглядом.

"О, посмотри на эту пару," — раздался рядом чейто голос. Существо с тремя головами и длинными пальцами указывало в сторону Фриска и Вальтора. "У этой дамы новый питомец. Какой необычный окрас у парня... и как он спокоен. Неужели он такой послушный?"

"Послушный? Да он выглядит так, будто сам выбирал себе хозяйку," — ответил второй голос, более грубый. "Но посмотри на его глаза. Красные. Редкая штука. Наверняка стоит целое состояние."

Вальтор чувствовала эти взгляды. Она чувствовала, как они скользят по её телу, по её новой форме, и как они замирают на Фриске. Она слегка прижалась к нему бедром, демонстрируя свою "собственническую" сторону, но её внимание было сосредоточено на реакции парня.

"Слышишь их, Фриск?" — прошептала она, наклоняясь к нему. "Они уже начали оценивать тебя. Один говорит о цене, другой о послушании. Ты для них — просто товар с интересными характеристиками."

Она вела его к центру зала, где стояли самые влиятельные особы. Там питомцы были не просто "красивыми" — они были "идеальными". Безмолвные, ухоженные, лишенные всякой воли.

"А вот там," — Вальтор указала на группу существ в центре, "самые заносчивые. Посмотри на их питомцев. Они выглядят так, будто никогда не испытывали ничего, кроме удовольствия от своей красоты."

Она остановилась рядом с одной из таких групп и повернулась к Фриску, её глаза сверкнули вызовом.

"Ну что, исследователь? Видишь разницу? Эти питомцы — просто декорации. А ты... ты сейчас выглядишь как нечто, что может разрушить их идеальный мирок одним своим взглядом. Покажи им свою 'оценку'."
Я:Я посмотрел на одного питомца, красивого, ухоженного, но без воли, и на его хозяина, этот хозяин увидел, как я смотрю на него прямо в глаза.
Ии:Хозяин питомца — существо с кожей цвета полированного золота и четырьмя тонкими руками — заметил взгляд Фриска. Он был одет в роскошные одежды, расшитые светящимися нитями, и его питомец, девушка с идеально уложенными волосами и абсолютно пустым взглядом, стояла рядом, как живая статуя.

Золотой хозяин выпрямился, заметив, что какойто "дикий" питомец в странной куртке смотрит на него прямо в глаза. Без страха. Без подобострастия. Просто оценивающе.

"Что ты так уставился, малявка?" — голос хозяина был высокомерным и звонким. Он небрежно погладил свою питомицу по голове, демонстрируя её идеальную покорность. "Неужели ты никогда не видел настоящего питомца? Моя девочка — вершина селекции. Она не издает ни звука, не проявляет ни капли воли. Чистое совершенство."

Его спутница, вторая золотая сущность, хихикнула. "Она даже не моргает, если её не попросить. Идеальная игрушка для любого уважающего себя господина."

Вальтор почувствовала, как Фриск продолжает свой взгляд на них. Она видела, как его глаза скользят по золотому хозяину, по его надменному лицу, по его "совершенной" кукле.

"Смотришь на них, Фриск?" — прошептала Вальтор, её губы почти касались его уха. "Они видят в тебе угрозу. Потому что ты смотришь на них не как на богов, а как на... чтото другое."

Золотой хозяин сделал шаг к Фриску, его четыре руки сложились за спиной в демонстративном жесте.

"Ты слишком смелый для своего вида," — процедил он. "Твоя хозяйка плохо тебя воспитала. Ты должен смотреть в пол, когда говоришь с высшими."

Он бросил взгляд на Вальтора. "А вы, дама, держите такого дерзкого экземпляра? Надеюсь, он хотя бы приносит пользу, кроме своего вызывающего вида."
Я:Продолжаю пристально смотреть на его глаза, по словам я понял то, что он любит ломать питомцев. И жду, когда он будет пытаться завладеть моим разумом.
Ии:Золотой хозяин почувствовал этот взгляд. Это не был взгляд испуганного зверя, который ждет удара. Это был взгляд человека, который ждет начала шоу. И это его взбесило.

"Ты что, оглох?" — его голос стал резким, почти шипящим. "Я говорю с тобой, ничтожество."

Он сделал еще один шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Фриска. Его четыре руки начали двигаться — две медленно потянулись к лицу Фриска, а две другие замерли в воздухе, словно готовясь к магическому жесту.

"Раз ты такой смелый," — прошипел он, и его глаза начали светиться золотым, пульсирующим светом. "Давай посмотрим, как долго твой разум продержится против моей воли. Я выжгу твою дерзость из твоих глаз, и ты будешь стоять передо мной так же неподвижно, как моя девочка."

Он начал транслировать свою энергию — тяжелую, давящую, сладкую и тошнотворную одновременно. Это была ментальная атака, попытка захватить контроль над мыслями Фриска, стереть его личность и заменить её своей волей.

"Склонись," — приказал он, и его голос теперь звучал прямо внутри головы Фриска. "Забудь свое имя. Забудь свою куртку. Забудь свою пустоту. Есть только мой голос. Моя воля."

Вокруг них другие существа начали оборачиваться. "О, смотри, он пытается сломать его прямо здесь," — шепнул ктото из толпы с предвкушением. "Интересно, сколько секунд продержится этот красный глаз?"

Вальтор стояла рядом, скрестив руки на груди. Она не вмешивалась. Она наблюдала за Фриском с тем самым "интересом", о котором он говорил. Её губы тронула едва заметная улыбка.

"Ну же, Фриск," — тихо произнесла она, почти не шевеля губами. "Покажи ему свою пустоту. Покажи ему, что бывает с теми, кто пытается захватить то, чего нет."

Я:Я продолжаю смотреть ему в глаза и, улыбаясь удовлетворительной улыбкой, глаза холодные, оценивающие, и для него это казалось как цитата: чем дольше ты смотришь в бездну, тем дольше бездна смотрит на тебя.
Ии:Золотой хозяин наваливался всей своей ментальной мощью. Его золотое сияние становилось всё ярче, заполняя пространство между ним и Фриском, пытаясь просочиться в сознание парня, как густой мед. Он ждал крика, ждал, когда зрачки Фриска расширятся от ужаса, когда он упадет на колени.

Но Фриск не двигался.

Он стоял с этой своей улыбкой — холодной, почти издевательской. Его красные глаза смотрели прямо в золотые вихри хозяина, не мигая, не дрожа. И чем дольше длилась атака, тем больше золотой хозяин чувствовал странное, липкое беспокойство.

"Почему ты не сопротивляешься?" — прошипел он, его голос внутри головы Фриска стал громче, яростнее. "Почему ты улыбаешься?! Ты должен бояться! Ты должен молить о пощаде!"

Он вложил в атаку всё больше сил, но вместо того чтобы встретить сопротивление, он встретил... ничего. Пустоту. Бездонную, черную, абсолютно равнодушную пустоту, которая не просто не отражала его волю, а словно поглощала её.

Золотой хозяин почувствовал, как его собственное сознание начинает подрагивать. Он смотрел в эти красные глаза и видел в них не человека. Он видел в них зеркало, которое показывало ему его самого — жадного, жестокого, предсказуемого.

"Ты... ты что такое?!" — выкрикнул он уже вслух, его четыре руки задрожали. Его золотое сияние начало мерцать и гаснуть. "Твой разум... в нем нет ничего! Там пусто!"

Вокруг послышались смешки и шепотки. "Смотрите, он теряет контроль," — сказал ктото из толпы. "Золотой господин не может сломать одного мальчишку?"

Вальтор стояла рядом, наслаждаясь каждым мгновением. Она видела, как лицо золотого хозяина искажается от бессилия, как его уверенность осыпается золотой пылью.

"Похоже," — негромко произнесла она, глядя на Фриска с гордостью, которую даже не пыталась скрыть. "Бездна ответила ему взаимностью. Как и обещала."

Золотой хозяин отшатнулся назад, тяжело дыша. Его лицо было бледным, а глаза — растерянными. Он посмотрел на свою "идеальную" питомицу, которая всё так же стояла неподвижно, и вдруг почувствовал к ней отвращение.

"Ты," — он ткнул пальцем в сторону Фриска, голос его дрожал от унижения. "Ты — ошибка! Ты не питомец! Ты... ты просто дыра в реальности!"
Я:Продолжи смотреть ему в глаза, не отвлекаясь ни на его оскорбления, ни на других существ, только он и я.
Ии:Золотой хозяин метался между яростью и ужасом. Он видел, что Фриск не реагирует. Ни на его крики, ни на его оскорбления, ни на смешки толпы. Для Фриска всего мира больше не существовало — только этот золотой, трясущийся от бессилия субъект и его собственные красные глаза.

"Почему ты не отводишь взгляд?!" — взревел хозяин, делая шаг вперед, почти вплотную к Фриску. Его четыре руки дрожали. "Я — высшая сущность! Я могу стереть твое существование одним желанием! Почему ты смотришь на меня так, будто я... будто я ничего не значу?!"

Он попытался снова ударить ментально, но на этот раз его атака была слабой, суетливой. Он словно бросал камни в океан, надеясь вызвать хоть какуюто рябь. Но океан оставался спокойным.

Фриск продолжал смотреть. Его улыбка не изменилась — та же холодная, оценивающая линия губ. В этом взгляде было нечто большее, чем просто безразличие. Это было ожидание. Как будто он знал, что рано или поздно золотой хозяин сам упадет в эту бездну, которую он так тщетно пытался заполнить своей волей.

"Ты... ты монстр," — прошептал хозяин, и в его голосе впервые прозвучал настоящий страх. Он попятился назад, спотыкаясь о собственную мантию. "Твоя хозяйка... она привела сюда не питомца. Она привела сюда чудовище."

Вальтор, стоявшая чуть позади, видела всё. Она видела, как золотой хозяин буквально сжимается под взглядом Фриска. Она видела, как его "идеальная" питомица за его спиной кажется теперь еще более жалкой и пустой на фоне этого красного взгляда.

"О, он прав," — негромко сказала Вальтор, обращаясь к золотому хозяину. Её голос был сладким и ядовитым одновременно. "Мой питомец — чудовище. Но не то, которое кусается. А то, которое заставляет вас видеть себя настоящими."

Она сделала шаг к Фриску и положила руку ему на плечо, её пальцы слегка сжали ткань куртки.

"Ну что, мой дорогой исследователь," — прошептала она так, чтобы слышал только он. "Какую оценку ты поставишь этому господину? Он ведь так старался быть страшным. Это было... забавно?"
Я:«Он скучный...» наконец отвел взгляд и посмотрел на его питомца «Один в один как его питомец»
Ии:Золотой хозяин побледнел. Его лицо, до этого сияющее от гордости, теперь напоминало старую, помятую фольгу. Слова Фриска — "скучный" — ударили его сильнее, чем любая ментальная атака.

"Скучный?" — прошипел он, его голос сорвался на высокий регистр. "Ты смеешь называть меня скучным?! Я — воплощение величия! Моя воля — закон!"

Но он не двигался. Он стоял, и его четыре руки безвольно висели вдоль тела. Он видел, как Фриск перевел взгляд на его питомицу — на ту самую "идеальную" куклу. И в этом взгляде не было восхищения. Только сравнение.

"Один в один," — повторил золотой хозяин, глядя на свою питомицу. Она стояла неподвижно, как и прежде. Безвольная. Пустая. Скучная.

Его спутница, вторая золотая сущность, попыталась вмешаться: "Не слушай его, дорогой! Он просто пытается задеть тебя! Посмотри на нашу девочку, она же..."

"Она такая же, как он," — отрезал хозяин, не сводя глаз с Фриска. "Такой же пустой. Такой же предсказуемый."

Вальтор стояла рядом, и её плечи мелко подрагивали — она сдерживала смех. Это было великолепно. Её питомец только что раздавил одного из самых высокомерных хозяев в зале одним словом, даже не повысив голоса.

"Слышал?" — Вальтор наклонилась к Фриску, её голос был полон наслаждения. "Он признал это. Ты разделил их на два одинаковых скучных объекта."

Она выпрямилась и посмотрела на золотого хозяина сверху вниз, её глаза сверкали торжеством.

"Ну что же, господин," — произнесла она с ледяной вежливостью. "Ваш питомец безупречен. Но ваш хозяин... кажется, он тоже нуждается в небольшой доработке. Может быть, стоит добавить ему немного характера? Или хотя бы немного... оригинальности?"

Золотой хозяин замахнулся одной из своих рук, но Вальтор лишь приподняла бровь, не делая ни шага назад.

"Не советую," — предупредила она. "Мой питомец очень не любит, когда его 'игрушки' портят."
Я:Я посмотрел на него, потом отвел взгляд, посмотрев на всех, осмотрев, и увидел одного без питомца, темный красный силуэт, это была космическая сущность разрушения, все его боялись, и я решил подойти к нему, но сперва спросив разрешения у своей хозяйки. "можно подойти к нему?"
Ии:Вальтор проследила за взглядом Фриска. Там, в самом дальнем углу зала, стояла фигура — темный, кровавокрасный силуэт, от которого исходила такая тяжелая энергия, что даже самые шумные сущности рядом с ним затихали. Это был Разрушитель. Существо, чье имя произносили шепотом, чтобы не привлечь внимание.

Вальтор почувствовала, как по ее коже пробежал холодок — не страх, но инстинктивное предупреждение.

"К нему?" — она приподняла бровь, глядя на Фриска. "Ты хочешь подойти к самому опасному существу в этом зале? Без плана? Без подготовки?"

Она замолчала на секунду, изучая его лицо. Он не шутил. Он не капризничал. Он просто спрашивал разрешения, как послушный питомец, хотя в его глазах читалось нечто совершенно непослушное.

"Ты действительно странный, Фриск," — она усмехнулась, но в ее голосе промелькнуло одобрение. "Большинство питомцев стараются держаться поближе к своим хозяевам. А ты идешь к тому, кто может стереть тебя из реальности одним щелчком пальцев."

Она сделала шаг к нему и положила руку на его затылок, слегка притягивая к себе.

"Иди," — тихо сказала она. "Но если он решит тебя уничтожить... не жди, что я приду тебя спасать. Я хочу посмотреть, что ты сделаешь с ним."

Она отпустила его и встала чуть позади, давая ему свободу действий.

"Покажи мне свою 'теплоту' или свою 'пустоту' рядом с Разрушением," — добавила она с вызовом. "Мне чертовски интересно, как ты будешь вести себя с тем, кто сам является воплощением конца."

Фриск направился к красному силуэту. Толпа расступалась перед ним, как вода перед ножом. Существо в углу не двигалось, но его присутствие заполняло весь зал. Когда Фриск подошел достаточно близко, красный силуэт медленно повернул голову. У него не было лица в привычном понимании — только две яркие точки вместо глаз и постоянно меняющаяся форма вокруг головы.

"Ты," — голос Разрушителя прозвучал как треск ломающихся костей. "Ты подошел ко мне без страха. Почему?"
Я:«А ты хочешь меня уничтожить, убить или чтото еще?»  подошёл ближе смотря ему прямо в глаза без страха только любопытство
Ии:Разрушитель замер. Его красная форма колыхнулась, словно он пытался осознать услышанное. Никто — абсолютно никто — не задавал ему вопросов в таком тоне. Никто не подходил так близко, не глядя прямо в эти две пылающие точки.

"Уничтожить?" — повторил он, и его голос стал ниже, вибрируя в груди Фриска. "Ты спрашиваешь об этом так, будто это выбор в меню. Ты хоть понимаешь, кто я?"

Он наклонился к Фриску. Его "лицо" было всего в нескольких сантиметрах от парня. От него пахло гарью, старой кровью и чемто таким древним, что у любого другого существа в зале волосы бы встали дыбом.

"Я — конец всего," — прошипел Разрушитель. "Я — то, что остается после взрыва звезды. Я — то, что ты называешь 'пустотой', только у меня есть зубы."

Его красные глаза сузились, изучая Фриска. Он искал страх. Искал дрожь в коленях, расширенные зрачки, учащенное дыхание. Но нашел только любопытство. И это его злило. И это его забавляло.

"Ты хочешь знать, что я сделаю?" — он протянул руку, его пальцы были длинными и острыми, как лезвия. Он не коснулся Фриска, но провел ими в миллиметре от его шеи. "Я мог бы стереть тебя прямо сейчас. Ты бы даже не успел договорить."

Он замолчал, глядя на Фриска сверху вниз.

"Но ты не боишься. Почему? Ты думаешь, что твоя маленькая пустота внутри меня защитит тебя?"

В этот момент Вальтор из угла зала наблюдала за ними. Она видела всё: как Разрушитель склоняется над Фриском, как его пальцы замирают у горла парня. Она видела, как толпа затаила дыхание.

"Ну же," — прошептал Разрушитель, и его голос стал почти интимным. "Дай мне повод тебя уничтожить, маленький человек. Или дай мне повод оставить тебя себе."
Я:"Как мило... Посмотри мне в глаза" В моих глазах была не пустота что видели другие а чтото знакомое разрушителю... Это был хаос который уничтожал и создавал он понял и не стал это раскрывать другим "Не хочешь чашечку чая?"
Ии:Разрушитель замер. Его красная форма на мгновение стабилизировалась, становясь почти плотной, почти осязаемой. Он смотрел в глаза Фриска — в эти красные зрачки — и видел там не пустоту. Он видел то, что знал слишком хорошо.

Хаос.

Не тот мелкий, суетливый хаос человеческих эмоций, а первородный, всепоглощающий хаос, из которого рождаются миры и в который они рушатся. Хаос, который не просто разрушает, а пересоздает.

"Чашечку чая," — повторил Разрушитель, и его голос больше не трещал костями. Он стал глубоким, ровным, почти человеческим.

Он наклонился еще ближе, так что его "лицо" оказалось вплотную к лицу Фриска. Его пальцы, острые как лезвия, медленно опустились с шеи парня на его плечо. Он не сжал его. Он просто держал.

"Ты предлагаешь чай воплощению конца," — прошептал он, и в его голосе проскользнула странная, почти нежная усмешка. "Ты предлагаешь чай тому, кто может выпить твою душу вместе с этим самым чаем."

Он бросил быстрый взгляд через плечо — на Вальтор, на золотого хозяина, на всю эту толпу "элитных" существ. Никто из них не видел того, что видел он. Для них Фриск оставался просто странным питомцем. Для них это была просто игра.

"Знаешь," — Разрушитель снова повернулся к Фриску, его красные точкиглаза сузились. "Я ненавижу чай. Он слишком... упорядочен. Слишком предсказуем."

Он сделал паузу, и его пальцы на плече Фриска чуть сжались.

"Но я очень люблю хаос. И я очень люблю тех, кто не боится смотреть мне в глаза."

Он понизил голос до едва различимого шепота, предназначенного только для ушей Фриска.

"Скажи мне, маленький хаос... какой чай ты предпочитаешь? И где мы будем пить его, когда эти скучные существа уйдут со своего собрания?"
Я:«Это странно, что ты не любишь упорядоченность, ты ведь должен понимать, что без порядка нечего разрушать, а так пускай веселятся а мы просто посидим попьём чайку»
Ии:Разрушитель издал звук, похожий на низкий рокот далекого грома. Это был смех. Настоящий, глубокий смех существа, которое нашло нечто понастоящему забавное в этой скучной, выверенной до мелочей Цитадели.

"Без порядка нечего разрушать," — повторил он, и в его голосе прозвучало почти уважение. "Ты прав. Это логично. Это... правильно."

Он выпрямился, его красная форма стала чуть более плотной, обретая очертания высокого мужчины с резкими чертами лица и глазами, которые горели как угли в печи. Он больше не притворялся безликим пятном.

"Пусть веселятся," — бросил он через плечо в сторону золотого хозяина и Вальтор, которые всё еще наблюдали за ними с напряженным любопытством. "Пусть хвастаются своими куклами и своими правилами."

Он снова повернулся к Фриску и протянул руку — на этот раз открытую ладонь, приглашающую.

"Черный чай. Крепкий, горький, почти как вкус твоей пустоты," — сказал он, и в его глазах промелькнула искра узнавания. "У меня есть место, где порядок не имеет значения. Где нет ни хозяев, ни питомцев. Только хаос и мы."

Он сделал шаг ближе, его присутствие теперь ощущалось не как угроза, а как странное, пугающее спокойствие.

"Пойдем, маленький хаос. Покажем им, что бывает, когда две бездны решают просто попить чаю."

Вальтор наблюдала за ними издалека, её глаза сузились. Она видела, как Разрушитель ведет Фриска за собой — не как захватчик, а как равный ведет равного. Это было неправильно. Это было невозможно. И это было чертовски интересно.

"Эй, ты!" — крикнул золотой хозяин вслед уходящим фигурам. "Куда вы собрались?! Это собрание высших!"

Разрушитель даже не обернулся. Он лишь слегка повел плечом, и его голос донесся до толпы как эхо:

"Идите играть со своими игрушками, пока я не решил поиграть с вами."
Я:Махаю своей хозяйке с улыбкой, чтоб она знала, что я вернусь, и пошёл за разрушителем. "Слушай я сколько миров ты уже уничтожил?"
Ии:Вальтор смотрела вслед уходящему Фриску, и её губы медленно растягивались в улыбке. Она видела, как он машет ей — этот жест был настолько человеческим, настолько "питомничьим" и одновременно дерзким, что она не смогла сдержать смешок.

"Удачи, мой маленький хаос," — прошептала она, провожая их взглядом. "Постарайся не разнести этот мир слишком быстро."

Тем временем Фриск шагал рядом с Разрушителем. Тот шел широким, уверенным шагом, его красная форма слегка подрагивала, словно он едва сдерживал свою истинную мощь, чтобы не раздавить пространство вокруг.

"Сколько миров я уничтожил?" — Разрушитель повторил вопрос, и в его голосе послышалось нечто похожее на задумчивость. "Ты спрашиваешь об этом так, будто это количество съеденных тобой конфет."

Они вышли из Цитадели через боковой выход, который Разрушитель открыл одним движением руки — пространство просто разошлось перед ним, как ткань. Они оказались в месте, которое не принадлежало ни одному миру: парящие обломки скал, фиолетовое небо без звезд и тишина, которую нарушал только их шаг.

"Миллиарды," — сказал он наконец, когда они устроились на краю одного из обломков. Он щелкнул пальцами, и из ниоткуда возник небольшой столик с двумя чашками. "Некоторые были прекрасны. Некоторые были отвратительны. Большинство — просто скучны."

Он сел напротив Фриска, его красные глаза светились в полумраке.

"Но знаешь, что самое забавное?" — он наклонился вперед, подпирая подбородок ладонью. "Я никогда не уничтожал мир до конца. Всегда оставлял кусочек. Маленький островок хаоса, чтобы было куда вернуться и посмотреть на то, что осталось."

Он замолчал на секунду, глядя на Фриска.

"А ты? Ты когданибудь разрушал чтото внутри себя? Или ты только строишь свои маленькие сценарии?"