---

Господин Чезаре ди Клементе подгонял отряд как мог, почти не давая отдыха ни лошадям, ни людям.
Господин ди Клементе полагал, что с магом и девчонкой он вполне справится с помощью наемников. Оборотень, скорее всего, гниёт где-то в овраге в Лесном краю. Он не мог ошибиться. Прежде чем та дрянь накинулась на него со стилетом, господин Чезаре успел увидеть и два болта попавшие оборотню в грудь, и боль, причиняемую ими. Такая бывает лишь от серебра. Не будет же колдун спасать его. Скорее всего использовал он нежить, а как оборотень стал обузой – добил. Это разумно.
Младший ди Клементе был этому рад. Все же истинный оборотень - серьезный противник.
Сначала придёт черёд колдуна, чей пыл следует охладить как можно скорее. А дальше уж с ним и девкой можно что хочешь делать.
Наёмникам отдать, или самому на лоскуты порезать.
Молодой наемник, что так и не оставил своего господина, стал его голосом. Он договаривался о ночлеге, еде, лошадях. Парень был сообразительным, исполнительным и преданным. Хотя преданность наёмного воина - вещь капризная, как и удача. Орту его было настоящее имя, родом из Харума («Звали его Орту и происходил он из Харнума»). Наёмник предпочитал зваться Одноглазым - хотя оба глаза у него были на месте. О себе он рассказывал охотно, но как-то путано. Вроде и был отчий дом, а вроде и на улицах жил, вроде и подмастерьем был, а воровать приходилось...
Впрочем, Чезаре не особо слушал, предпочитая думать о своём.
Лесной край тянулся бесконечно. Тракт то бежал меж полями и краем леса, то на несколько вёрст нырял в небольшие рощицы, то петлял меж полей (повтор). Дорога была оживлённая. Множество путников, деревеньки, села, города.
Младший ди Клементе спешил, гнал лошадей, останавливаясь лишь на ночь и краткий привал днём. Только чтобы дать отдых и пищу лошадям. Пара запасных коней позволяла продвигаться вперёд на много быстрее.
Пятёрка наёмников, которых господину ди Клементе удалось нанять в трёх днях от Харума, были из отъявленных, матёрых головорезов. Господин ди Клементе видел, как они прикончили двоих из своей же шайки, всего лишь не поделив шлюх. Такие за медяк родную маму зарежут. Тёртые бойцы, в двоих он даже заподозрил дезертиров. Последним так и вовсе терять было нечего.
Солдаты удачи, как их ещё называли, перебрасывались похабными шуточками. От этого, воспитанный в высших кругах, господин ди Клементе морщился, но молчал. К их седлам было приторочено неплохое оружие, в сумках порой бряцали лёгкие доспехи. Опытные воины, чувствующие себя как рыбы в воде, в кипящей битве. (Ой ли? Если минимум двое из них – дезертиры, то они явно не созданы для битвы – только для запугивания слабых и беззащитных. Думаю, к остальным это тоже относится.)
- Завтра, эта... После полудня мы увидим Ворота Степи, господин, - между делом обмолвился Одноглазый.
Ди Клементе покосился на нанятых головорезов, что хохотали жеребцами и кружку за кружкой вливали в себя дрянное пиво в душном общем зале придорожного постоялого двора. Сам господин Чезаре и Орту устроились в углу, за одним из крохотных грязноватых столиков.
Чезаре кивнул. Он старался обходиться без слов, речь все ещё трудно ему давалась. В горле часто першило и стискивало спазмом так, что он давился кашлем не в силах даже вдохнуть.
- Думаете, эта, догоним мы беглецов ваших?
Господин ди Клементе и сам гадал, догонит ли? Найдет ли? Точно ли они рвались в Харум, через степь, в Ничей город? Или же на юг, к морю? Или и вовсе... Нет, это мало вероятно! Но вдруг, мужчина-маг решил схитрить? Вдруг они развернули фургон и пустились, на север?
Господин Чезаре не ответил ни словом, ни жестом.
Нет, все же цель беглецов - Ничьи земли. Царящая в том краю анархия позволит затеряться кому угодно. Потому именно там и проводились все эксперименты с подчинением нежити.
Служанка поставила перед господином Чезаре ди Клементе большую кружку теплого молока. Тирразец с детства ненавидел молоко, особенно такое, тёплое, с мёдом и сливочным маслом. Но целитель велел как можно больше пить и в особенности тёплого молока.
Кивком поблагодарив девицу, он скривился. Вздохнув, Ди Клементе в один глоток отпил сразу треть и едва смог сдержать рвотный позыв. В горло скользнул комок пенки.
Сразу вспомнилось детство, и нянька, которая заботливо варила молоко с травами, мёдом диких пчёл и маслом. Этот жуткий напиток детьми они пили во время простуд.
- Слушайте, господин, а мож эта, охотника нанять? - вдруг предложил Одноглазый. Господин Чезаре поднял на него взгляд. - Ну а чо? Они, эта, умеют искать беглецов.
- Ты прав, Одноглазый, - едва слышным шёпотом похвалил господин Ди Клементе. - Иди. Узнай о таком охотнике.
Орту проворно вскочил со стула, подсел к нанятым головорезам, пропустил вместе с ними кружечку пива, о чем-то пошутил, вызвав взрыв хохота и заработав  пару одобрительных ударов по плечам. Следом парень перебрался за стойку трактирщика, не переставая болтать, выпил ещё одну кружку. 
Младший ди Клементе наблюдал. Он не умел вот так разговаривать с чернью. Он умел приказывать. Приказывать людям и нежити по праву господина и повелителя. Ещё немного поболтав с хозяином постоялого двора за стойкой, наёмник вернулся.
- Нету тут такого. - Орту схватил с тарелки куриное крыло. - Говорит, эта, два дня назад двое охотников тут кутили с девками. А в какую сторону ехали - не знает.
Чезаре кивнул. Не найдутся эти - не беда. В каждом крупном городе есть люди, что за деньги или по приказу властей ловят беглых преступников.
Ди Клементе снова покосился на наемников. Пили эти люди словно не в себя, один только уже спал, удобно уложив голову на стол, рядом с пустой кружкой.
- Скажи им, что уходим на рассвете, - шепотом обронил господин Чезаре, через силу допив молоко.
Комната, за которую он заплатил, была крохотной и душной несмотря на открытое окно.
Тяжёлый фургон, который видел господин Чезаре, движется медленно. Сильные кони, что тянут его, все равно будут уставать, даже если не подгонять их. Да и дорога через лесной край никогда не была лёгкой. Это не главный тракт, по мере сил (это тут к чему?), за которым следят и чинят летом, утрамбовывают волокушей снег зимой.
Быть может, девка все ещё в городе. Или же её следует искать в степи, или на южном тракте.
Он уже близко. Так близко, что можно и о мести помечтать.
Жаль, что девка только одна, придётся выбрать только один способ убийства. А потом он поднимет её, обратив в нежить. Какую-нибудь самую мерзкую тварь. Жаль, что разумная нежить так не получается.
Последние дни дорога мокла под дождём. Лошадей приходилось придерживать, чтобы они не оступились на раскисшей от дождя дороге. Но господин Чезаре не обращал на это внимания, все его мысли занимала погоня.
На утро дождь кончился, выглянуло солнышко, лёгкий ветерок подсушил дорогу. Мир вокруг стал не так мрачен и безрадостен, как прежде. Лесной край ещё вчера остался за спиной и теперь дорога петляла меж небольших лугов, полей, рощиц и деревенек. Степь уже была видна, к востоку, нескончаемая и сейчас уже серо-коричневая, осенняя. Господин Чезаре никогда не забирался далеко в степь. Лишь путешествовал от южного побережья в Ничьи земли, по краю степи, там, где ещё встречались рощи и в изобилии ручьи, дальше простиралось бесконечное, цветущее и ароматное разнотравье. 
Харум он увидел после полудня. Как и обещал Одноглазый. Только вот расписываемых наёмником красот, младший Ди Клементе не увидел. Старый город, грязный и неряшливый. Местами возведённый без всякого порядка. Скотный рынок вонял и за версту. Стражи здесь и вовсе уж позабыли, как оружие в руках держать.
Господин Ди Клементе пожелал остановиться в самом приличном постоялом дворе, пусть за это и придётся заплатить в три раза больше.
- С этой запиской найди Мастера Грего, - просипел господин Чезаре, прежде чем отправиться в оплаченную комнату. Протянул Одноглазому хитро сложенную бумагу с оттиском личной печати. - Где-то в богатых кварталах. (у меня сложилось впечатление, что Хармун - город небольшой и не слишком богатый, неужели там есть несколько богатых кварталов?) Ещё найди охотника за головами. Приведи.
Орту кивнул и уже через два часа постучал в дверь. В очередной раз не озаботившись ни поклониться, ни обратиться к своему господину должным образом, он сунул ему в руки перевязанный чёрным шнуром здоровенный свёрток.
- Еле успел этих стервятников перехватить, - довольно осклабился наёмник. - Они, эта, уж из города уезжать собирались. Внизу ждут.
Орту указал на двух мужчин, что не скрываясь сидели за столом у окна.
Оба явно были южанами и, судя по выговору, родились и (повтор) выросли в столице. Приглядевшись, господин Ди Клементе решил, что мужчины братья. Оба светловолосы, загорелы и улыбчивы. Складывалось впечатление, что на жизнь они зарабатывают чем угодно, но не розыском и убийствами беглых преступников.
Мужчинам было лет по тридцать, один только (не думаю, что это слово здесь нужно) чуть массивнее другого. Даже аккуратные бородки они носили одинаковые.
Господин Чезаре сделал знак рукой и Одноглазый тоже сел рядом.
- Я Шорас, - представился тот, что был чуть поменьше. - Моего старшего брата зовут Лей.
Шорас выложил на стол стальной жетон с вычеканенным на нем топором в верёвочной петле.
- Можете звать меня Чезаре.
Мужчина хмыкнул, переглянулся с братом.
- Кого ищете, господин?
- Мужчина и подросток. - коротко прошептал господин Чезаре. - Юноша или коротко стриженная девушка. Мужчине не больше сорока, стрижен коротко. На фургоне, запряжённом двумя лошадьми. Серый в яблоках и рыжий со светлой гривой и (повтор) хвостом.
Охотники за головами слушали внимательно, Шорас постукивал пальцами по столу.
- Пришли со стороны Лесного края.
Тот из братьев, что был чуть стройнее (зачем это определение, если обоих уже назвали по именам? Тем более, вроде как, имеется в виду Шорас, о котором речь шла только что), поставил на стол пустую кружку, задумчиво потеребил бородку.
- На сколько опасны?
Господин Чезаре задумался. Сказать правду? Мало того что цена за работу поднимется до небес, так наёмники могут и отказаться. И дело тут не в деньгах. А не скажешь, если прознают - развернутся и уйдут. Ещё и растрезвонят везде, чтобы никакой другой наёмный охотник за эту работу не взялся.
- Мужчина - маг. - решился младший Ди Клементе.
- Маг, господин? - пробасил тот, которого звали Лей. - Вы переоцениваете наши возможности.
- Гильдия всегда самостоятельно разбирается со своими. - подхватил младший из охотников (Шорас), поднимаясь из-за стола. - Мы не будем лезть в дела магов. Нам не нужны неприятности.
Господин Чезаре чуть было не ругнулся вслух.
- Проблем не будет, уважаемые Мастера, - спокойно глядя на них, и глазом не моргнув, солгал господин ди Клементе. - Я из гильдии.
Охотники за головами переглянулись, снова опустились на стулья.
- Много слышал я о таком, но вижу впервые, чтобы Гильдия преследовала своего, - пробасил Лей.
- Я тоже, - задумчиво протянул его брат, снова отстукивая дробь по столу. - За что его хотят наказать?
- Сговор с нежитью.
И ведь даже лгать почти не понадобилось. Откуда-то ведь взялся истинный оборотень, который путешествовал вместе с магом и принцессой. Не могло быть такого, чтобы маг оборотня у себя прямо под носом не распознал. Знал он что северянин не человек, как пить дать, знал!
- Значит с этим магом может быть нежить? - уточнил Шорас.
Судя по всему, этот из братьев был хоть и младшим, но главным. 
- Маловероятно, - обронил господин Ди Клементе. - Нежить я уничтожил. Мужчина и подросток смогли уйти. След потерян, но они стремятся на восток.
- Подросток? Тоже маг? Или нежить?
	Господин Чезаре качнул головой:
	- Ни то, ни другое.
	Было видно, что Шорас всерьёз раздумывает, браться ли за дело, в котором замешаны маги? На одной чаше весов серьёзный (повтор) риск. Всем беглецам, по чьим следам пускают охотников за головами, терять нечего. А этот ещё и маг! На другой чаше деньги. Большие деньги, ведь за риск платят соразмерно.
- Что же их связывает?
Тут пришлось врать. Не говорить же, что это сама принцесса Сейхелла с охранником-магом!
- Не знаю, мастер Шорас. - господин Ди Клементе сделал несколько глотков воды из фляги. - Связь может быть любой. Родственная, любовная, дружественная. Но подросток - простой человек.
Братья опять переглянулись, словно бы читая мысли друг друга.
- Хорошо, господин Чезаре. Мы возьмёмся за это дело. - решил младший из братьев: - Но оставим за собой право расторгнуть сделку, если риск для нас окажется больше оговорённого. И цена будет выше обычного.
Молодой господин Чезаре довольно кивнул. Это он и так знал.
- Сколько?
- Три сотни, - в разговор вступил Лей. - Половина вперёд.
- И ещё, господин, - ди Клементе приподнял вопросительно брови. - Текущие расходы. Ну, монетку для улучшения памяти, например. Или оплата комнаты по соседству с преступником... Понимаете?
Господин Чезаре снова кивнул. Он был согласен заплатить любую цену, только бы добраться до этой маленькой дряни и мага.

***
Вестей от охотников за головами все ещё не было. Уже целые сутки.
Господин Чезаре отвлёкся от труда одного древнего некроманта о разумной нежити. Давным-давно, лет триста назад, один неугомонный некромант задался целью понять и подчинить себе разумную нежить (повтор). Сей учёный сначала отлавливал топлянников, но с ними оказалось неудобно работать - не будешь же вечно в воде сидеть. После топлянников он попробовал переключиться на леших, но, по понятным причинам, дело не выгорело. С лешими наёмные ловцы даже за большие деньги не рисковали связываться, да и сезон спячки (сезон спячки что?). После них он попробовал изучать трагов, но и тут его постигла неудача - уж слишком мало было у этих тварей мозгов.
Однажды Ларсу из Оукила (это автор трактата, или просто маг, о котором автор слышал?) повезло поймать себе истинного оборотня-медведя.
Тут-то ди Клементе и вспомнил, где слышал про этого незадачливого учёного. Когда-то, едва осознав свой дар, господин Чезаре был увлечён глупой, детской мечтой подружиться с некротическим созданием. Чтобы и защита, и собеседник, и партнёр был. Тогда-то матушка и рассказала про безумного мечтателя, желавшего того же самого. В итоге несговорчивый медведь как-то ночью смог освободиться и задрать своего мучителя и (повтор) нескольких его помощников, а то, что осталось, развесить по всей лаборатории и немного по дому.
Но прежде чем закончить свою жизнь в клыках и когтях оборотня, древний некромант всё же смог добиться заметных успехов именно с истинными оборотнями. С ними было работать проще. Главное на цепь покрепче посадить. Эти исследования шли больше двух десятилетий, хотя для такого срока результаты были скромноваты.
Мельком пролистав пожелтевшие страницы, господин Чезаре увидел подробные чертежи пентаграмм, рецепты зелий и тексты заклинаний. Некоторые страницы оказались, исчёрканы. А те же страницы, что он успел прочесть, ничего интересного или нового не содержали. Всё самое полезное, скорее всего, будет дальше.
Господин Чезаре был почти уверен, что эти знания ему не пригодятся в ближайшее время, а может и вообще никогда. Но чужие исследования его весьма увлекли.
Он положил книгу на колени и бездумно смотрел на огонь, пляшущий в очаге, иногда постукивал пальцами по подлокотнику кресла. Его пальцы то и дело окутывали едва заметные, серо-чёрные дымные струйки. Внешнее проявление некротической магии. Сейчас он лишь баловался, тщетно пытаясь поднять дохлую мышь, чей трупик лежал в углу. Мышь, естественно, не поддавалась. То ли кошка удавила и, спугнутая кем-то, оставила трофей, то ли сама издохла (Неудачное построение предложения. Вариант: «То ли эта мышь издохла слишком давно, то ли кошка, задавившая её, слегка перестаралась.»).
Животные почти никогда не поддавались (повтор) некромантии. Можно было сотворить чудовище лишь из собаки, лошади и кошки. Ну и, конечно, люди. Из людей (повтор) лучше всего выходила нежить.
Иногда младший ди Клементе задавался вопросом, почему именно эти животные? Что общего у них? (Все остальные домашние животные некромантии не поддавались?) И что общего с ними у человека? Почему нельзя поднять ту же мышь или птицу? Но можно из кошки получить нетопыря? (Кошка, поднятая некромантией, превращается в летучую мышь? Вслед за Чезаре, я готов поинтересоваться, почему?) Почему из собак выходят лишь зомби и гули? А из лошади только зомби, послушные, податливые словно воск. Но при этом с лёгкостью получается сделать абсолютно любое чудовище из человеческого тела? Из людей, при наличии должного опыта, можно получить таких чудовищ, каким и названий то ещё нет. Что такого есть в человеке, что само притягивает некротическую магию и почему она не дана эльфам?
	В дверь несколько раз постучали. Так, выбивая старую мелодию, стучал только один человек. Господин Чезаре поднялся из кресла и, гадая, мог ли ошибиться, открыл дверь.
- Рад видеть тебя, Чумной.
Господин Чезаре поморщился. Этим обидным прозвищем его дразнили в детстве за необычную внешность. За белоснежные волосы и кожу, за алые глаза. После того, как младший ди Клементе обнаружил в себе дар некромантии, так его осмеливался назвать только брат.
Мило ди Клементе, как и всегда, предпочитал чёрное и алое. Длинный чёрный плащ с глубоким капюшоном был подбит алой тканью. Длинные чёрные волосы перевязаны алой лентой. В тёмных, почти чёрных глазах, жутковато отражались отблески огня.
- Глазам своим не верю! - прошептал господин Чезаре. - Мило!
Брат стремительно вошёл в комнату, плотно затворив за собой дверь, задвинул засов.
- Что с твоим голосом, Чезаре? - Мило скинул с плеч плащ, бросил на стул. - Ты простыл, гоняясь за наёмником с собакой?
Расшитый алой нитью камзол так же небрежно отправился на стул. Мило поправил воротник алой рубашки.
- Ты все ещё преследуешь женщину с девчонкой? - чуть насмешливо спросил Чезаре.
- Да, - бросил со злостью Мило: - За этой стервой я объехал чуть ли не все юго-восточные тракты. Путает следы, словно заяц. То в одну сторону мчится, то в противоположную, то крюк сделает, а то свернёт напрямик через самые гиблые места. А ты? Ты догнал того мужика с псиной?
Чезаре налил лёгкого вина в две чаши, протянул одну брату.
- Догнал. А теперь преследую снова.
Младший ди Клементе помолчал и сам не понимая зачем, солгал:
- Это не принцесса, пустышка.
Наверное, от того, что ему хотелось хоть раз в жизни обойти старшего брата. Пусть бежит по ложному следу. А младшему из братьев на этот раз выпал счастливый случай и он не намерен его отдавать никому.
Мило внимательно посмотрел брату в глаза, чуть склонил черноволосую голову.
- Если это пустышка, то зачем ты, брат мой, снова бросился в погоню?
Вместо ответа младший Ди Клементе расстегнул высокий ворот камзола, явив взору старшего брата шрамы на шее.
Мило не понадобились объяснения. Он скрипнул зубами, но тут же взял себя в руки. Более ни одной эмоции не отразилось (тяжеловато) на картинно-правильном лице. Только тёмные глаза заполыхали холодной яростью.
Господин Чезаре медленно застегнул мелкие пуговицы на глухом воротнике.
- Ты все ещё слишком молод, неопытен, наивен и, увы, пока не достаточно силён, - задумчиво протянул он (Мило). - Опиши их. Вдруг мне выпадет шанс устроить вам встречу?
Младший Ди Клементе лишь на миг задумался о том, а не стоит ли и вправду воспользоваться помощью старшего брата. Но тут же эту мысль откинул. Прошло детство, когда он мог себе позволить пользоваться помощью и защитой старших братьев. Да и отдать свой шанс в руки Мило... Если девку получит брат, Чезаре можно распрощаться с возможностью удавить её своими руками.
Младший Ди Клементе мотнул головой:
- Есть вести от других? - вместо ответа поинтересовался младший Ди Клементе.
Мило откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу.
- А, Бездна! Я с трудом разбираю твой шепот! Я знаю только, что Бенедт вернулся с севера с принцессой перекинутой через седло. - Младший Ди Клементе, не веря, нахмурил брови. Мило пригубил вино и с удивлением глянул на бутылку: - А оно неплохо. Так вот, принцессу то он привёз, да не ту.
Мило счастливо рассмеялся. Между этими двумя уже очень давно пробежала какая-то чёрная кошка. Что они могли не поделить, никто так и не узнал. Не смотря на то, что Бенедт был на семь лет старше чем Мило Ди Клементе, он до сих пор так и не переступил последней ступени обучения. В то время, как Мило вот-вот предстоял этот шаг.
- Так что ныне мерзкий червяк Бенедт Пронто в опале.
Чезаре улыбнулся:
- И это тебя радует.
Брат махнул рукой:
- Не так, чтобы я думал об этом постоянно.
Младший ди Клементе улыбнулся. Мило потянулся, подцепил пальцем обложку книги оставленной на столе, приподнял идеально очерченную бровь:
- Живая нежить... Очередной бестолковый труд!
У брата было своё мнение об разумной нежити. Истреблять. Без раздумий истреблять всё, что не подчиняется некротической силе.
С одной стороны младший брат был согласен со старшим. Но ведь были времена, когда всё подчинялось Силе Смерти. Были, да прошли. А после никто толком и не старался вернуть былое, удержать бы то, что не исчезло в веках, что ещё не не просочилось песком сквозь пальцы.
- Где сейчас наша мама? - перевел тему младший Ди Клементе.
- Наша дражайшая матушка спешит под стены столицы, где застрял отец вместе со своей армией и десятком простых Посвящённых.
- Столица ещё не взята? - удивился младший Ди Клементе. - Все идёт немного не по плану. Столицу должны были взять, самое позднее, ещё неделю назад.
- Планы немного поменялись, Чезаре, - Мило поднялся из кресла, изящно подхватил камзол. - Пока в наших руках не будет принцессы, столицу брать нет смысла. Только с землёй сровнять.
- Уходишь? - удивился господин Чезаре. - Даже не отужинаешь со мною, брат?
- Кони уже оседланы. - старший Ди Клементе накинул на плечи плащ. - У меня времени было, только повидать тебя, Чезаре.
- Где мне тебя искать?
Несмотря ни на что, господин Чезаре был привязан к старшему брату и теперь, новая разлука после краткой встречи его печалила (о, даже ему кто-то дорог? Плюс в карму). С надменным, холодным, жестоким Мило они были ближе всех, объединённые одним даром, обучаясь и практикуясь вместе. До этого задания они никогда не разлучались больше, чем на несколько дней.
- После того, как завершу это дело, - Холодно улыбнулся старший брат. - Ищи меня в Ничьих Землях. Мне предстоит Ритуал.
Чезаре кивнул. Ритуал.
- Все, пора. - Мило шагнул за порог, но тут же вернулся, обнял альбиноса. - Я чуть было не потерял любимого брата. Постарайся быть осторожным, Чумной.
- До встречи, Мило, - отозвался Чезаре, смотря вслед брату. - Я не опоздаю на твоё Возвышение.
Задвинув засов и привалившись спиной к двери, Чезаре вдруг пожалел, что солгал брату. Они могли бы разделить победу! Но теперь уже поздно что-либо исправлять. Прослыть лжецом - нет уж, это не для младшего Ди Клементе.
Внезапно господин Чезаре выругался и ударил по трупику несчастной мыши с такой силой, что клубок серо-черного дыма опалил обшивку стены.

***
Охотники за головами явились к обеду следующего дня и с хорошими новостями. Фургон-вардо покинул город в день, когда господин Чезаре прибыл в Харум. Теперь след снова был. Нагнать медленно ползущую повозку всадникам не составит труда. Но были и плохие новости. Их было трое. (лучше «Путников было трое» - а то можно подумать, что речь о новостях) Мужчина уроженец запада, мальчишка лет пятнадцати и... Рыжий северянин.
Господин Чезаре выругался.
Всё же выкарабкался оборотень. Как интересно? Неужто сам? Или маг помог?  Впрочем, это не важно. Оборотень в любом случае был проблемой.
Как знал!
Необходимо найти способ так или иначе избавиться от твари.
Правда пока ничего. Никакой информации, ни одного полезного совета. Быстро напрямую подчинить себе истинного оборотня или убить не получится. А все манипуляции и успехи рассчитаны на сложные ритуалы, точные схемы, монотонное чтение заклинаний и (повтор) длительные воздействия некротической магии. Или серебро. Но ведь и изыскания древнего потомка некромантов ещё не дочитаны и до половины! (повтор. Лучше «даже до половины») Да и Королевский маг смог как-то сладить с истинным! Быть может, этот труд даст подсказку, как господину Чезаре добиться своего.
Господину Ди Клементе сотни раз приходилось упокаивать нежить. Убивал ли некротической магией созданное, подчинял ли волю и добивал клинком. На поясе для этого он носил длинный кинжал с серебряным лезвием. На крайний случай всегда можно воспользоваться и обычным мечом. Отрубленная голова упокоит любого. Но всегда эта нежить была хоть сколько-нибудь послушна его воле.
- Размер награды растёт, господин. - непререкаемо проговорил Шорас. - Их трое. Этот третий может быть опасен.
- Добавьте сотню, - продолжил Лей. - И мы поможем Вам добыть их головы.
- Орту, - махнул рукой младший Ди Клементе. - Отдай деньги мастерам. Выступаем сегодня же, передай наемникам мой приказ. И, как справишься с этим, у меня есть для тебя ещё одно поручение.

***
Я мрачно смотрел на горизонт. Где-то там, далеко, куда уходила охряная лента дороги, едва-едва виднелись чёрные точки всадников. Чем-то они мне не нравились.
Я сощурился, пытаясь подсчитать хоть примерное их количество, но тщетно. Слишком далеко пока. А когда смогу подсчитать - может быть уже поздно. Но в любом случае, тяжело гружёный фургон не сможет уйти от всадников.
- Рыжий! - тихо, но требовательно, позвал я, зная, что дремлющий в фургоне оборотень явится на зов.
Так и случилось. Всклокоченный и сонный вывертыш выбрался из фургона. Похоже, сейчас был тот редкий случай, когда ему не снилось ничего. Впрочем, совесть меня не донимала.
Он потёр глаза, вопросительно глянул на меня, и тогда я указал ему в сторону всадников. Рыжий присмотрелся, приставив ко лбу ладонь. Потом быстро влез на крышу, принялся принюхивался.
- Воины, - не отрывая взгляда от чёрных точек, оставляющих за собой пыльный след протянул он. - Больше десятка.
- И это все? - мрачно удивился я.
- Они с подветренной стороны, - пробурчал парень. - И далеко. Что я должен увидеть? Люди. С оружием.
- Посматривай. - велел я решив все же продолжать путь.
Мало ли путников и воинов на дорогах?
Но дурное предчувствие, словно изнутри кости грызло. Копошилось, гнало холодок по спине. (То есть Берну не показалось подозрительным, что преследователи стараются держаться именно с подветренной стороны, как раз так, чтобы их нельзя было почуять? Возможно потому, что среди них есть кто-то, кто знает, что в фургоне есть тот, кто умеет чуять? Может я где-то перегибаю, но подобная мысль смотрелась бы в тексте неплохо.)
Прежде чем снова подхлестнуть лошадей, снял с крючка лук и колчан, достал из тайника два меча. Свой, с серебряной кромкой и один из тех, что подобрал после лесной стычки. Положил оружие на козлах. Вернулся внутрь и зарядил арбалет:
- Сей, сиди внутри. - коротко приказал я: - Вот, возьми. Если что - стреляй. И железку свою держи под рукой.
Обеспокоенная девчонка кивнула, попробовала выглянуть в окошко в задней стенке. Я взмахнул рукой и открытые ставни на всех окнах с треском захлопнулись, опустились в скобы засовы.
- Что случилось?
- За нами всадники. - девчонка должна знать. - Может по твою душу, а может и нет. Будь внутри. Если останешься одна - постарайся защититься.
Поняв, что творится что-то неладное, девушка побледнела. Я шагнул за порог. Жест рукой - дверь захлопнулась. Громыхнул засов.
- Дядя Берн! - приглушенно позвала принцесса, замолотив кулачками в дверь. - Выпусти!
Рыжий уже закинул ножны за спину, затянул ремень на груди, так, что потёртая рукоять торчала над левым плечом. 
- Есть опасность? - настороженно уточнил я.
Рыжий накинул на лук тетиву, пристегнул колчан к поясу.
- Опасность есть всегда, колдун. - философски заметил парень (может «он»), снова забираясь на крышу. - Отчего-то же ты решил достать оружие, верно?
Я тоже предпочитал носить ножны с клинком за спиной, но сейчас положил их поперек колен, щёлкнул вожжами. Фургон вздрогнул и качнувшись, медленно пошёл вперёд.
- Приближаются.
Конечно, (не уверен, что запятая нужна) приближаются! Их лошади обременены лишь всадниками и (лучше «так что» или «значит», потому что дальше будет два «и») могут идти и рысью, и галопом, а фургон еле ползёт.
Я встал, уцепился за опору, взглянув вверх:
- Слезай, нечего там торчать, - оборотень балансировал стоя на крыше (лучше «обратился я к оборотню, торчавшему на крыше»). - Ты прекрасная мишень для стрел.
- Увернусь, - уверенно заявил парень, впрочем ловко, словно кошка, спрыгнув на крыльцо (у фургона?).
- Ты уже однажды увернулся. - проворчал я.
- Не ждал серебра из твоего арбалета, - попытался оправдаться тот, явно стыдясь, что поймал аж два серебряных болта в грудь.
Я покосился на оборотня, ткнул в бок локтем:
- Брось, не всякий опытный воин способен увернуться от стрелы.
Рыжий нахмурился, поёрзал на скамье и выглянул из-за фургона.
- Они подгоняют лошадей. - известил меня оборотень. - Пятнадцать всадников, и три вьючные.
- Многовато на нас двоих.
- Ты ж колдун! - подначил меня рыжий: - Жахнешь по ним чем-нибудь, и половины нету!
- Ага, жахну! Если успею. - передразнил я. - А их колдун по нам! А если это просто отряд наёмников, спешащий по своим делам?
Ага, жахну! И навлеку на себя обвинение в неправомерном использовании Магии.
Рыжий задумался, поглаживая рог лука, легко улыбнулся.
- Значит будем пугать.
Я хмыкнул.
Достал из ножен кинжал и, дёрнув оборотня за волосы, срезал с  тонкую медную прядь с затылка.
- Бездна, колдун! - возмутился оборотень. - Ты что делаешь? 
Я связал прядь узлом, зашептал заклинания, пытаясь как можно точнее воссоздать в памяти образ огромного волка. Мысленно добавил ему налитые кровью глаза и капающую из пасти слюну. Слой за слоем, торопливо ложились друг на друга. Это конечно не такая мастерская иллюзия, но кто со страху разберёт? Чем хороша магия иллюзии - не нужно контролировать, накачал магией, поставил спусковой крючок и дальше она работает сама.
- Ну-ка, оскалься!
Рыжий недоуменно выгнул бровь, но выполнил то, что я просил. В человеческой форме оскал был не столь впечатляющим, но мне был нужен только образ. Не мелочась, я увеличил образ вдвое.
- Что это? - спросил он, едва челюсти хрустнули, встав на место.
Я лишь хитро улыбнулся, завязал ещё один узел, спрятал получившееся в рукаве.
- Глянь, далеко они?
Стук копыт по ссохшейся в камень земле уже, и я слышал, даже различал тихое бряцанье оружия.
- Четверо впереди, не больше чем в двух минутах, - оборотень вскочил с места, потянулся к рукояти меча за спиной. - Остальные отстают от них меньше, чем на минуту.
- Не горячись, - одёрнул я его и подстегнул лошадей.
Первые четверо всадников поравнялись с фургоном. Двое, зайдя с боков попытались ухватить под уздцы наших лошадей, ещё двое поравнялись с нами.
- Осади! - крикнул один из них, свесившись с седла и попытавшись вырвать из моих рук вожжи. - Останавливай!
Второй замахнулся нагайкой (слово из нашего мира) на привставшего с козел оборотня. Шлепок на конце ударил Рыжего по подставленному  предплечью.  Парень перехватил всадника за руку, вырвал у него нагайку и оттолкнул от себя. Лошадь под воином захрапела и шарахнулась в сторону, едва не сбросив седока.
Я тоже не собирался отдавать вожжи неизвестно кому. От души, хлёстко перетянул ремнями по протянутой руке.
Одному из всадников удалось перехватить под уздцы Дождика, и фургон замедлил ход. Тут же под уздцы был схвачен и вредный Кум. Несколько воинов уже носились вокруг вардо, закрутив шумную карусель. Круг, два. Гулкие удары по стенкам фургона, гиканье. И вдруг всадники остановили свою круговерть.
Мы стояли спиной к спине, готовые вступить в бой. Клинка оборотень не доставал из ножен, лишь держал стрелу на тетиве лука. Мой меч тоже пока был в ножнах.
Внезапно спина оборотня дрогнула:
- Ты же говорил, что он покойник?! - тихо, с подозрением проговорил он.
Я повернулся, проследив за взглядом оборотня и сам вздрогнул.
Господин Чезаре собственной персоной. Живой.
Бледнолицый, красноглазый, молочного цвета волосы теперь не столь аккуратно (тяжеловато. Лучше просто «кое-как») зачёсаны назад. Когда альбинос увидел меня, его породистое лицо буквально перекосило от злобы, в алых глазах засветилась ненависть.
- Какой-то он неубиваемый!.. - зло пробурчал я и во всю глотку крикнул. - Господин Чезаре! Ради чего вы решили воскреснуть?
Незаметно для других из рукава мне в ладонь упала завязанная двумя узлами рыжая прядь. Я дёрнул за концы и узлы распались, словно бы их и не было, уронил порядку на пол. С леденящим кровь ревом, с крыши спрыгнул воистину огромный зверь. От этого чудовища даже я бы попятился. Лошади с истеричным ржанием шарахнулись в стороны, люди пытались их удержать, трое все же выпали из седел. Всадники, что остановились с моей стороны фургона, поспрыгивали (спрыгнули) с коней и ринулись на помощь четырём пешим воинам (отдаёт канцеляритом. Лучше «товарищам», «соратникам» или даже «подельникам»), нашедшим в себе смелость встать перед моей иллюзией. Зверь скалил огромную, истекающую слюной пасть, прижимал к голове уши и делал короткие выпады в сторону людей.
Тирразский аристократ пытался сладить с обезумевшей от страха лошадью.
Оборотень спустил стрелу с тетивы, поразив в лицо одного из всадников, достал из колчана следующую. Спрыгнул на землю, грациозно увернулся от меча пешего воина (можно вообще убрать). Шагнув прямо под следующий удар, он воткнул так и не пущенную в полет стрелу наёмнику в глазницу. Следующему подвернувшемся, подобно ярму, одел на шею лук («надел лук на шею, подобно ярму», и у меня есть некоторые сомнения относительно выполнимости подобного приёма), быстро оттянул и отпустил тетиву. Туго натянутая на рога жила хлестко ударила по незащищённому горлу, вскрыв от уха до уха, хлынула кровь. 
Я бросил нож. Лезвие размазалось серебристым полукругом и вошло одному из воинов под лопатку (воин повернулся к Берну спиной? Почему? Отвлёкся на Йергена?). И тут же, чуть ли не из-под фургона на меня выпрыгнул ещё один. Наёмник в броне из вареной кожи попытался достать меня (запятая не нужна) длинным мечом, метя по ногам. Но я и не собирался сражаться. Лишь отбил меч и, оказавшись совсем рядом, положил раскрытую ладонь ему на грудь. Человек закричал и тут же захлебнулся своим криком, из-под одежды повалил дым. Обгорелое тело рухнуло на землю.
Я огляделся.
Оборотень уже сорвал со спины ножны, выхватил меч и презрев численное превосходство противника, шагнул в самую гущу боя с иллюзией (наёмники прямо-таки рубили иллюзию мечами? При этом она не спала, а наёмники не поняли, что это иллюзия? Берн настолько мастер?). Огрел первого попавшегося противника ножнами по основанию черепа.
Альбинос наконец смог спешиться и теперь что-то орал оказавшемуся рядом с ним юному наёмнику, указывая пальцем в сторону иллюзии. Слов я не слышал, лишь смог разобрать, читая по губам, "Стреляй!". Наёмник часто закивал, не глядя, трясущейся рукой полез в сумку, перекинутую через плечо, и достал серебристый болт.
- Рыжий! - заорал я, указывая одной рукой в сторону опасности, вторую сжал в кулак, шепнул слово заклинания. - Осторожно!
Оборотень широко, крест на крест отмахнулся от двух сунувшихся было воинов, на пару секунд отогнав их в сторону, выхватил из ножен корд и тут же воткнул его под челюсть самому торопливому. Вокруг него уже валялось четыре изрубленных тела, пятый, заливаясь кровью рухнул бревном. Что-то подхватив с земли, парень повернулся и, коротко размахнувшись, бросил это туда, куда я указывал. Камень просвистел мимо господина Чезаре и, глубоко впечатавшись, превратил в кровавое месиво лицо молодого наёмника. Судорожным движением, уже валясь на землю, воин нажал на спусковой крючок, но болт бессильно улетел куда-то вверх.
Господин Чезаре пораженно уставился на истекающего кровью и конвульсивно подёргивающегося человека.
В этот момент последний из находящихся рядом воинов сверху вниз занёс меч, намереваясь проколоть Рыжего (точно «проколоть», хотя лучше было бы «проткнуть»? Сверху вниз удобнее рубить, а колоть наоборот лучше снизу). Оборотень отшагнул в сторону, перехватил и повернул руку с клинком. Наёмник со всей вложенной в удар силой напоролся на собственный клинок, окровавленное острие вышло со спины.
В моей ладони наливался жаром огненный шарик, я замахнулся и... Кубарем полетел на землю, сбитый с ног бросившимся на меня здоровенным воином. Мужик, рыча словно дикий зверь, навалился сверху и сомкнул здоровенные лапищи на моём горле.
- Ты. Убил. Моего. Брата. - с каждым выплюнутым сквозь зубы словом он приподнимал меня и прикладывал о землю.
Почувствовав, как в груди вместо привычного жара разливается ледяной холод, я нащупал рукоять кинжала в поясных ножнах, выхватил и несколько раз ударил мужика в бок. Хватка на моем горле ослабла, дышать стало легче, но колдовства теперь как не бывало. Рывком скинув с себя наёмника, я вскочил на ноги, подобрал меч и одним ударом снёс ему голову.
С треском лопнула за оборотневой спиной иллюзия, расплескав вокруг клочки тающего света и приковав к месту действа все взгляды (хорошо). С полдюжины подоспевших воинов остановились, кто-то успел прикрыть глаза, защищаясь от вспышки.
- Морок! - послышались крики. - Это морок!
Оборотень застыл с поднятым, перепачканным алым, мечом.
- А вот я - настоящий. (думаю, тут был бы к месту восклицательный знак) - оскалив в жуткой улыбке пасть, он смачно провёл языком по клинку, собирая с полотна кровь. - Ну? Кто самый смелый?
Смелых оказалось все же больше. Но двое просто побросали мечи и рванули прочь. Четверо оставшихся воинов вместе с оборотнем проследили за ними. Один из наёмников потянулся к арбалету, вскинул к плечу и выстрелил в спину. Бегущий человек вскрикнул, споткнулся и упал в траву. Второй, не отвлекаясь на подобные мелочи, уносил ноги (просто «удирал без оглядки»).
- У кого-нибудь ещё есть арбалет? - как ни в чем не бывало поинтересовался оборотень, слизнув кровь и с другой грани меча. - Нету? Ну я могу подождать, пока ты перезарядишь.
Воин отбросил в сторону арбалет, взялся за меч.
- Что, нет? Ну и ладно! Разделаюсь с вами -  догоню и того, на кого не хватило болта (лишних слов многовато, как вариант «того труса»).
Рыжий пришёл в движение. Шаг, взмах мечом. Шаг, выпад и человек с вырванным голой рукой горлом валится на землю. Шаг, поворот и в его руках уже два клинка. Ещё один шаг. Клинки очертили два серебристых круга, левый остановил меч противника, правый снёс половину черепа.
Двое оставшихся медлили, держа перед собой клиники. Один двинулся по кругу, видимо пытаясь взять оборотня в клещи.
- Дядька Берн! - высокий голос принцессы словно расколол тишину.
Я обернулся, чтобы увидеть, как некромант, что-то шепча, взмахнул рукой, и с его пальцев заструилась какая-то серо-чёрная хмарь. Дымок опустился на ближайшие мёртвые тела. Ещё один взмах рукой, и четверо покойников, надсадно хрипя и рыча, зашевелились. Немного неловко, поднялись с земли. Один, тот, которому камень размозжил лицо, устремился к ближайшему увиденному человеку - к принцессе, зачем-то выбравшийся из фургона (вопрос скорее не «зачем?», а «как?») и отошедшей от него на несколько шагов. Остальные потянулись следом.
Выбирать не приходилось, и я бросился наперерез чудовищам. Выскочив прямо перед мордами оживших мертвецов, я взмахнул клинком. Твари, словно позабыв о принцессе бросились на меня.
Эх, огоньку бы!
Но мне придется справляться по-простому, серебром. Главное, держаться подальше от оскаленных зубов и цепких, крючковатых рук.
Сделав шаг назад, я запнулся об смирно лежащего покойника, рухнул на землю. Зомби с восторженным рёвом, мешая друг другу бросились вперёд. Я взмахнул клинком, перерубив ноги самому проворному, тому, что был без лица. Интересно, чем он собирался меня есть, если бы поймал? Обе челюсти и нос его превратились в истекающие кровью осколки костей и раскрошенных, выбитых зубов.
Откатившись назад и вскочив на ноги, я обернулся.
Господин Чезаре, сжимая в руке короткий меч и впившись взглядом в остолбеневшую принцессу, шёл к фургону.
- Рыжий!!! - рявкнул я, надеясь, что оборотень сам поймёт, что нужно.
Один из ходячих мертвецов изловчился сцапать меня за рукав куртки. Взмахнув клинком я срубил ухватившую меня руку по локоть.
К несчастью, это были не те, неповоротливые, полуистлевшие, тупые образины, что вылезают из могил. Эти двигались очень даже живенько и сообразительно пытались меня окружить.
Я не видел, что оборотень сделал с последним своим противником, но полный боли и ужаса человеческий вопль заставил однорукого зомби обернуться. Почти тотчас ходячий мертвец лишился головы.
- Дальше сам, - бросил на ходу забрызганный кровью с ног до головы оборотень.
Благо, что туповатые ожившие мертвецы не додумываются пользоваться оружием, даже если оно висит у них на поясе.
Пнув одного ногой так, что он кубарем покатился по земле, я мощным ударом раскроил череп второму. Первый как раз поднялся на четвереньки, когда я оказался рядом с занесённым клинком. Очередная голова покатилась по земле.
Господин Чезаре был уже в десяти шагах от фургона. Девчонка с белым от страха лицом, попятилась, совсем позабыв и о заряженном самостреле в опущенной руке, и о скрытых под рукавом ножнах со стилетом.
- Стреляй!!! - гаркнул я, бросаясь вперёд.
Слишком далеко! Каких-то тридцать шагов, но сейчас это расстояние подобно пропасти!
Сейхелла спохватилась и очень медленно, словно загипнотизированная, начала поднимать оружие. В этот момент белоголовый некромант сделал последний шаг, вырвал из девичьих рук арбалет, отшвырнул в сторону и, ухватив Сейхеллу за ворот куртки, занёс короткий меч и... Медленно опустил, клинок острым кончиком царапнул пыльную землю.
Рыжий оказался рядом. Перехватив руку, вывернул. Клинок выпал из ослабевших вмиг пальцев. Вывертыш пнул коленом куда-то в живот, на миг склонился за выроненным оружием. Перехватил некроманта за горло, собираясь всадить добрый локоть стали в живот.
- Не убивай его! - крикнул я.
Рыжий коротко оглянулся и, с разъяренным рычанием несколько раз приложил альбиноса головой о стенку фургона, зло отшвырнул в сторону.
Я отвлёкся, почувствовав, что в ногу с что-то вцепилось и ощутимо толкнуло. Я уставился вниз, торопливо сделал шаг назад, взмахнул руками, ловя равновесие. Страдалец без лица и с обрубками вместо ног таки дополз до вожделенной человечины. Ну поймал, дальше то что? Чем кусать то? Пнув зомби в лицо окованным сапогом, вонзил клинок в спину, пригвоздив к земле как бабочку иголкой.
- Осторожно! - взвизгнула принцесса.
Непонятно откуда выскочивший наёмник с окровавленным лицом воткнул оборотню в спину нож. В груди вывертыша закипел рык. Рыжий резко повернулся, ухватил обидчика и мощным рывком свернул шею так, что лицо и затылок поменялись местами. Обмякшее тело сломанной куклой свалилось к ногам Сейхеллы.
Девчонка с тихим вздохом без чувств обвалилась сверху.
Парень раздосадовано рявкнул и завертелся на месте, тщетно пытаясь дотянуться до рукояти ножа, торчащей меж лопаток. Пальцы лишь касались рукояти. Видимо лезвие и мешало дотянуться.
- Два идиота, чтобы вас Бездна сожрала! - тихо и обречённо выдохнул я, рукавом утерев со лба пот.
- Колдун, помоги! - жалобно попросил рыжий, опёрся рукой о стенку фургона и зло пнул мертвеца со свернутой шеей: - Не могу достать. Больно.