---

***
Учитель простоял так над моим неподвижно замершим оборотнем не более трех минут.
Наконец парень отмер и дернулся, дыша так, словно пробежал все Королевство от края до края. Увидев рядом моего старого учителя, рыжий притих. Кажется, меня он боялся меньше, чем Фалько.
- И правда, не знает о стае… Тебе он все еще нужен? - в руках Фалько сиял окружённый жарким маревом огненный шар приличных размеров. - Не помню, чтобы ты щадил нежить.
Я напрягся, но постарался это скрыть:
- Эльфы за такое платят.
- Может, мне его отдашь? - попробовал нажать учитель.
- Поймай себе другого оборотня, Фалько. - отрезал я: - А мне этот по нраву...
Рыжий бросил на меня благодарный взгляд. Видать, всё же боялся, что я уступлю Мастеру.
Старый тирразец смял в пальцах огненный шар и усмехнулся:
- Огрызаешься, ученик?
Я пожал плечами и попробовал немного сменить тему:
- Что скажешь об этом колдуне?
Фалько уже разливал по бокалам белое вино. По кабинету поплыл сладкий виноградный аромат с нотками каких-то трав.
- О том шестипалом, который, якобы, сделал из северянина оборотня? - мастер фыркнул. - Некромантов давно нет, более никто нежить создать не может. Кроме того... Истинные оборотни не наколдовываются. Они рождаются, а пробуждение в человеке зверя могло спровоцировать все что угодно. Например смерть, или просто серьезные раны, или даже ссора с невестой. Ты же знаешь это?!
- Да, знаю, - мимоходом откликнулся я. - Так что на счет шестипалого? Можешь предположить, кто это?
Фалько по-стариковски пожевал губу, сделал маленький глоток вина и, наконец ответил:
- Кто-то из наших, тех, кто отучился в школе. Очень характерная техника... - Мастер пощелкал пальцами. - Нет, не могу так сразу сказать. Подумаю.
Больше я не просил. Фалько сказал, что подумает, значит он это сделает. Немного помолчав, я снова задал вопрос, который меня волновал, и на который я так и не получил вразумительного ответа.
- И все же, для чего ты вызвал меня?
Учитель поджал губу и, когда молчание стало совсем невыносимо, ожег оборотня взглядом и приказал:
- Скройся с глаз.
Рыжий проворно убрался в облюбованную темноту.
Фалько положил руки на стол: 
- Мне нужна услуга, Берн. Отвези некоего человека к эльфам. Скрытно. Можешь просить любую ответную услугу.
Я приподнял бровь. 
Так и так, мой путь лежит к остроухим. Я бы согласился прихватить с собой еще одного человека. Но за столь мелкое, на первый взгляд, поручение, в награду Фалько предлагает чуть ли не полцарства. Значит что-то тут не так - или дорога, или человек.
- В чем подвох?
Учитель удивленно на меня посмотрел.
- Время нынче не спокойное. - поднялся он из кресла: - На дорогах опасно. В путь отправишься как можно скорее, через два-три дня, или раньше.
- Ты даже не спрашиваешь моего согласия, Мастер? – я, наоборот, не спешил заканчивать разговор.
- Не спрашиваю, ученик. Тут дело чрезвычайно важное. Никто не спрашивает.
- Значит, подвох в человеке, который спешит к эльфам. - вслух подумал я. - Или это очень важный человек, или знает что-то важное, или при себе имеет некую ценность.
— Вот ты сам и ответил на свой вопрос, ученик. 

****
Я проснулся от грохота и сдавленного крика. Не разобравшись спросонок в темноте, соскочил с постели, выхватил кинжал. За окнами царила глубокая, темная южная ночь. Я сделал шаг и, почувствовав под босой ногой что-то, тут же отпрыгнул в сторону, наискось отмахнулся кинжалом от возможного противника, замер и прислушался.
Кто-то или что-то возилось на полу, но нападать не спешило. Я допятился до стола, уперевшись в него, торопливо нащупал подсвечник, подул на свечу и тут же на фитильке заплясал яркий язычок пламени.
Никто не влез в комнату, никто не собирался нападать. Но вот с оборотнем творилось что-то странное.
Точнее, он, непонятно с чего, вдруг решил упасть на пол со скамьи и перекинуться. И теперь парня корежило прямо посередине комнаты. Еще пока почти человек снова жалобно вскрикнул и выгнулся дугой, под кожей на спине перекатывались и вздувались узлы мышц. Я поставил подсвечник на стол. С треском лопнул шнур подпоясывающий на оборотне исподние портки, он распахнул золотые глаза и, клацнув волчьими зубами, перестал дышать.
- Перекидывайся в человека.
Я плеснул себе вина в чашку и ушел из комнаты, спустился вниз, вышел во двор.
Самое глухое время, когда почти все расползались по домам, остались только самые стойкие гуляки и по подворотням шныряли в основном крысы. Легкий ветерок доносил до меня запах водорослей, рыбы и моря.
Ждать пришлось долго. Я успел чуть ли не все крупные южные звезды пересчитать, наслушаться пьяных песен, доносящихся с соседней улицы и надышаться свежим воздухом так, что остатки сна улетучились без следа. Вина в кружке оставалось на глоток, когда в окне под крышей я увидел человеческий силуэт.
Ну наконец-то!
И чего он там столько возился? Весь процесс занимает минут семь. Ну хорошо, десять от силы!
Ещё раз глянув на небо, я вернулся в дом. Стараясь не шуметь, пересёк общий зал и неторопливо поднялся по ступеням.
Когда я вошел, оборотень, сотрясаясь крупной дрожью, кутался в одеяло и прямо из бутылки приканчивал остатки вина. К слову, там оставалась половина.
- Ты чего вдруг перекинулся то?! - напустился я на парня. - Ночь, все спят, опасности нет, ты не голодный. Какая вожжа тебе под хвост попала?!
- Приснилось, - отлепившись от горлышка, тихо и виновато проронил он. - Плохой сон. Снился дом... к нам снова пришли убивать. Я хотел защитить, хотел перекинуться и защитить. Очень хотел. Во сне.
- Ты же не пьешь? - недоуменно почесал я затылок.
- Паршиво, - он одним махом допил оставшееся. - Хоть волком вой. То ли глотки рвать, то ли напиться. Паршиво, колдун.
- Меня зовут Берн, - в который раз одернул я. - Постарайся это запомнить. Не привлекай чужого внимания ни к себе, ни ко мне.
Оборотень поморщился, но рассеянно кивнул, подобрал лопнувшие по всем швам портки, еще раз виновато вздохнул.
Мальчишка! Он и по-человечески пожить не успел толком. Опыта, воспоминаний, мудрости поднабраться не успел. Глупый, горячий мальчишка, попавший в беду и, пытаясь спастись, наделавший глупостей. Он же, кажется, и ко мне то прибился, в надежде, что я помогу. Хоть в качестве последнего желания помогу. Ведь перед ликом смерти у казнимого всегда спрашивают о последнем желании.
Я полез в сундук, кажется, там были какие-то старые вещи. При свете свечи перерыв чуть ли не половину своего барахла, я нашел белье.
- Завтра зашьешь.
Он кивнул и влез в старые хлопковые портки, затянул поясок
Не сговариваясь, мы сели за стол. Я потянулся к последней бутылке Бычьей крови. Помогая себе кинжалом, поддел восковую пломбу и наполнил свою кружку. Пьянею я с трудом, даже выпив две-три бутылки крепкого вина - останусь на ногах и с ясной головой.
- Часто у тебя такое? Ну, перекидываешься так, с ничего, часто?
Парень протянул свою кружку. Я приподнял одну бровь, но наклонил глиняный сосуд и налил до края. Вывертыш сделал пару больших глотков, фыркнул.
- Снится один сон часто. Но так, чтобы на самом деле перекинуться - четвертый раз, – со вздохом пояснил он и тихо добавил: - Если я все помню.
Оборотень с силой провел ладонью по лицу, допил вино и снова протянул кружку. Я только диву давался, но без возражений налил ему еще.
- Я ж теперь неживая тварь, убийца, людоед, нежить... А теперь оказывается, я все равно стал бы таким. Я должен был тогда умереть вместе со всеми. Умер и... Все, кого я любил и знал мертвы, а я живу. Ну не живу, но все равно... или живу? – совсем запутался вывертыш, отвлекся на вино и снова заговорил: - Ну дышу, двигаюсь, думаю и.., и все остальное... Почему я не умер?
Я пожал плечами, прикрыл скрипнувшую ставню:
- Ты стал оборотнем. Ты родился оборотнем.
- Да понятно! - он оскалил клыки, тут же снова ставшие человеческими зубами. - Да лучше бы я подох! Там хоть в бою! А теперь я нежить.
- Заметь, Рыжий, - невесело усмехнулся я. - Ты - очень редкий вид нежити.
- Да хоть р-реликт! - зарычал парень. - Мне это без на... надобд... без нужды! Откуда оно взялось? Мои предки были людьми!
Парень спешил выговориться. Я, его враг и убийца, оказался первым, кому он мог все это просто рассказать, выпустить то, что уже не помещается внутри, задать вопросы. Пусть я и не знал ответов, но ему нужно было хоть просто поделиться. И потому я слушал.
В самом деле, а кому еще оборотень мог бы довериться? Таким же как он сам? Или простому человеку? Или своей жертве выдать, мол чего орешь? У тебя все еще не так плохо, тебя просто съем. А вот со мной произошло...
- Налей еще? - язык у парня уже заплетался.
- Слушай, тебе еще не хватит? Ты уже напился. - попробовал я его остановить и проворчал. - Первый раз вижу пьяного оборотня.
— Это от та... того, что на пустой желудок. - отмахнулся он. - Не жалей! Я стою гор... го-раз-до больше вина.
Да я и не жалел. Плеснув немного в свою кружку, я протянул ему бутылку. Парень просиял, с бульканьем сделал несколько долгих глотков.
- Хмель не помогает, парень.
Он как не услышал.
- Я не хотел таким становиться, - наконец оторвался рыжий от горлышка. - Но иногда в этом есть свои преимуща... преим... тьфу ты! Теперь я смог отомстить, - он икнул. - Ну почти смог.
- Йёрген, - я отставил в сторону нетронутое вино. - Я сделаю все возможное, чтобы докопаться до истины и найти колдуна, что принес смерть в твой дом.
Оборотень удивленно распахнул шальные от хмеля глаза, и тут же недоверчиво сощурился, даже рукой с бутылкой махнул.
- Нечего на меня так смотреть. Даю тебе слово колдуна - я помогу найти виновного.
- А потом? - подобрался оборотень, откинув за спину медные волосы.
- Потом-потом... Потом суп с котом, - проворчал я. - Молоко свое пей, за него деньги плачены. Хватит с тебя вина.
- Позволишь убить? - снова не поверил мне рыжий.
Я рассматривал свои руки, пытаясь найти в них не меньше, чем смысл жизни.
- Помогу.
- Что поможешь? - замотал головой вывертыш.
- Да что ж ты такая дубина?! - мученически вопросил я и ядовито поинтересовался: - Как ты собираешься этого колдуна прикончить, а?
Рыжий сделал пару глотков вина, моргнул и его глаза засветились расплавленным золотом. Он оскалил пасть и красноречиво провел по своему горлу когтем.
- Слушай, ты - не ребёнок. Умный парень, умеешь читать и, наверняка, писать. Знаешь не меньше двух языков, отлично владеешь оружием... Да и еще уже четыре года, как оборотень... Ну не думал я, что ты все еще такой наивный! - засмеялся я в ответ. Оборотень недоуменно нахмурился. - Разве получилось у тебя справиться со мной?
Оборотень пьяненько хмыкнул, потом приподнял одну бровь. Он хотел было что-то сказать, но, вздохнув, понурился.
— Вот именно. Я не раз тебя в бараний рог скрутил, и еще скручу. - парень непроизвольно дернул плечом, на котором остались рубцы от моего заклинания: - А колдун твой наверняка, как и я, умеет с нежитью управляться. Помогу тебе. Клянусь.

***
Оборотню было плохо. Наверное, еще хуже, чем вчера ночью. Оно всегда так. Хмель не помогает, только уходя оставит еще и головную боль и какое-то болезненное оцепенение, в котором не хватает сил отбросить в сторону грызущие нутро мысли. Только вот оборотень об этом не знал. Или забыл.
Когда я встал с постели, Рыжий тут же поднял голову, смерил меня взглядом и снова закрыл глаза.
Я не стал вытаскивать оборотня из постели. Оделся, прошелся до дворового сортира, умыл лицо водой из бочки и, вернувшись в комнату, сел за стол и принялся дописывать письмо секретарю гильдии - ежегодный отчет о проделанной работе с кратким списком посещенных городов, оплаченных и выполненных заказов и почти правдивым подсчетом заработанных монет.
Близился полдень, но я не торопился. Скрипел пером по бумаге и все посматривал на своего обортня. Наконец найдя в себе силу воли, он открыл глаза и с тяжким вздохом сел на скамье...
- Тебе бы сейчас лучше всего или снова выпить, - не отрываясь от письма, предложил я: - Или съесть горячей острой похлебки.
Вывертыш, пошатываясь, добрел до чаши с водой и, ничего не ответив, умылся.
- Одевайся, идем к Фалько. - я хитро сложил лист бумаги и, накапав сургуча, приложил к горячей черной лужице большой палец. - Возможно, сегодня мы уйдем из города.
Так и не проронив ни слова, парень принялся одеваться. Я же тем временем задул горящую перед собой свечу, огонек сменился тонким, крысиным хвостиком дымка. Произнес коротенькое заклинание. Двумя пальцами ухватил дымный хвостик, который в моей ладони начал превращаться в птицу. Густели краски, тихонько шуршали нежные светло-серые перышки, птичка встрепенулась, раскрыла черный клюв и издала переливчатую трель.
Мельком я заметил, что оборотень так и сел на скамью, забыв вдеть руку в рукав рубахи.
А ведь магия, волшба для него и впрямь, как цирковые фокусы! Если магия не направлена на него самого, то парень смотрит, замерев.
Про себя усмехнувшись, я протянул птичке письмо и она, проворно схватив его, проглотила, сорвалась с руки, сделала круг по комнате и вылетела в открытое окно.
- Что засмотрелся? Это посланник. - засмеялся я. Парень мотнул головой и поморщился. - Ну так что, вина или супа от похмелья?
Вывертыш снова мотнул головой и, опомнившись, дооделся, влез в сапоги, и переплел косу.
Я убрал письменные принадлежности в ящик стола, махнул ему рукой, так что рыжему пришлось плестись следом. Внизу я направился к общим столам, окликнул подавальщицу и, бросив ей серебрушку, скомандовал:
- Обед и легкого эля.
На мясную похлебку с чесноком, поданную прямо в горшочках и свежие булочки оборотень смотрел без аппетита. Я же с удовольствием принялся за еду, все поглядывая, как он бездумно и бесцельно вертит в пальцах ложку.
- Чего не ешь? - с аппетитом прожевав очередной кусок, нахмурился я.
- Человеческая еда. - скривился оборотень. В его на миг ставших волчьими глазах я снова заметил голодный блеск.
- Помнится, молоко пьешь неплохо.
- Молоко я и раньше любил, вкусное оно. - пояснил парень: - Твоя еда не утоляет голод. Есть то я ее могу, сколько влезет. Только ни пользы, ни удовольствия от этого. Мне другое надо.
Я жестом велел ему замолчать, и он послушно не стал продолжать.
Оборотню снова нужна жертва. Впрочем, найти живую козу легче легкого. Но ему придется немножко подождать.
Закончив обед, я повесил на плечо дорожную сумку, поманил за собой оборотня и поспешил в квартал магов.

***
Дверь открыл Мио, приветствовал меня легким поклоном, оборотню на удивление вежливо кивнул и тихо сказал:
- Позвольте вашу куртку и меч, господин Шульц. - я передал ему ножны и куртку. - Мастер ждет в кабинете на втором этаже.
- Спасибо, Мио. - я поднялся на первую ступеньку: - Йёрг, идем.
Рыжий коротко глянул и, вздохнув, последовал за мной.
Сегодня учитель был не один.
Девушка сидела в кресле, задумчиво рассматривая на просвет бокал золотистого вина. Длинная русая коса змеилась по тонкой белой рубахе и темно-фиолетовому бархатному корсажу. Из-под того же цвета и материала юбки выглядывал острый носок туфельки. Прекрасное, правильное, овальное лицо девушки было бледным, явно не южанка, зато глаза - большие травянисто-зеленого цвета, длинные ресницы, чуть крупноватый прямой нос. Изящные пальцы с силой сжали бархат юбки.
- Доброе утро, Ширана, - спокойно проронил я, будто мы не виделись всего несколько дней: - Рад встрече.
Мосты давно сгорели.
Краем глаза я заметил, как оборотень уже привычно скрылся в темном углу.
- Здравствуй Берн-Охотник. - чуть натянуто улыбнулась пророк. - Давно не виделись. Я рада, что дороги были добры к тебе.
Как же жаль, что теперь мы чужие друг другу.
Учитель лишь на минуту замешкался. Никогда он не страдал излишней сентиментальностью. Говорил прямо, если хотел сказать и от слов его дело не отставало.
- Ну раз мы все порадовались столь чудесной встрече, переходим к делу. - Фалько театрально поклонился, с усмешкой оглядел меня и пророка. — Вот, внученька, перед тобой Палач, там в углу прячется Убийца, - учитель снова усмехнулся: - Полагаю, Смерть - это ты сама.
- Что? - глаза девушки распахнулись так широко, что казались уж слишком большими для лица: - Что все это значит, дед?!
Дверь тихонько скрипнула, хотя я готов был спорить на оборотня, что скрипнула она лишь по желанию вошедшего в кабинет домовика, решившего известить нас о своем появлении. Дух дома подошел к столу, поочередно снял с большого подноса бутылку крепкого вина и тяжелую чашу, изящный хрустальный графин, наверняка наполненный золотистым вином, чайник с горячим чаем, блюдечко со стоящей на нем чашкой и ложечкой, плошечки с медом, орешками и какими-то засахаренными фруктами, тарелочку с еще горячими булочками, небольшой глиняный кувшинчик и кружку. И все это без единого звука!
- Мио, дорогой мой, - учитель приподнял бровь и указал на кувшинчик и кружку: - Что это?
Домовик горделиво выпятил грудь, вильнул хвостом:
- Угощение для вашего гостя, хозяин, - и, прежде чем Фалько успел потребовать объяснений, продолжил. - Оборотень, хозяин. Он предпочитает воду, молоко, а также мясо. Я посчитал, что подать воду и мясо будет бестактно. Но замечу, Хозяин, что гость голоден. Если Вы прикажете, я подам свежее сырое мясо.
Учитель был сбит с толку, едва ли не первый раз на моей памяти.
- Почему ты счел нежить моим гостем, Мио?
- Нежить третий раз приходит в дом, уходит невредимым, Хозяин. - зато домовик держался невозмутимо. - Мой долг, помимо прочего, подать угощение для гостей и хозяина дома соответствующее предпочтениям и желаниям.
Почему-то мне показалось, что домовик молоко принес, решив подыграть оборотню. А вовсе не из долга перед своим хозяином и гостями дома.
Я, не сдержавшись, усмехнулся, Ширана тоже улыбнулась. Учитель лишь секунду колебался, взмахом руки отослал духа дома:
 	- Спасибо, Мио, не нужно мяса. - слуга склонил мохнатую голову и скрылся за беззвучно закрывшейся дверью. Фалько кашлянул и качнул головой. - Иди сюда, гость. Не бойся.
Я внимательно следил, как оборотень выскользнул из тени и, словно бы крадучись, подошел к столу. Довольно уважительно улыбнулся Ширане, девушка кивнула в ответ и тут же поежилась, когда вместо человеческой улыбки увидела полный рот острых волчьих зубов.
- Хватит паясничать. - одернул я парня.
Клыки в момент исчезли, рыжий чуть поморщился. Перед Мастером парень только едва-едва склонил голову.
Не уважал, но боялся. Гаденыш.
- Сядь, - приказал я. - Если хочешь - молоко твое.
В кресло парень сел, но к молоку притрагиваться не спешил, настороженно посматривая то на старого тирразца, то на меня.
Не стесняясь, я налил себе полную чашу крепленого вина, вдохнул аромат черноплодной рябины, вишни, земляники и душистых трав. Так пахнет жаркое лето. Сделав глоток, я чуть улыбнулся - таково лето на вкус.
- Дед, объясни свои слова, - Шир нервно теребила складку на юбке. - Убийца, палач, Смерть...
Учитель налил в чашку чай, со вкусом отпил.
- Пророчество состояло в том, что...
- "Чтобы спасти земли ото льда, не нарушить равновесие сил - смерть отдаст королеву палачу и убийце." - перебила Мастера Ширана. - Так звучало пророчество. Я прекрасно помню, но...
Девушка замолчала, задумчиво приложив к губам указательный палец.
- Знаешь, внученька, сначала я, как и ты, думал, что убийца и палач - одно лицо. На разгадку меня натолкнул этот... Хм... необычный, для моего дома, гость. Точнее, мои слова о нем. Лапы у этого оборотня в крови по самые уши. Но опустим подробности. Нежить, бродяга и убийца - как я сказал тогда. Я зацепился за эти свои слова и головоломка, как мне кажется, сложилась. Так я нашел убийцу.
Фалько прервался. Но ни я, ни Ширана, ни уж тем более мой вывертыш и не подумали его торопить. Ширана заинтересованно глянула на моего оборотня, но любопытничать не стала. 
- Дальше. Ты же знаешь, что мой ученик любит прикрываться жетоном с чеканным на нем топором? Ни для кого в Гильдии не секрет, что Берн чаще выдает себя за охотника за головами. Впрочем и нежить он карает без раздумий. Одно слово - палач. - Фалько покосился на изваянием замершего в кресле оборотня и пробурчал: - На этот раз только вот сплоховал.
- Похоже, нам на удачу эта оплошность. - парировала за меня пророчица.
Старик прервался, снова налив себе чай и сделав пару глотков. 
- Ну а Смерть... есть такое поверье, замечу - очень распространенное, что устами пророка говорит сама Смерть, и в момент пророческого транса мы можем лишь на миг увидеть лик ее. Смерть - пророк, ты, Ширана. 
- Дед, ты уверен в своих выводах? - спросила Ширана.
- Предложи что-то еще, - сварливо буркнул старик, уткнувшись в чашечку с чаем.
Я же не собирался лезть в их спор. Себе дороже.
Ширана промолчала, оставив последнее слово за старым тирразцем. Пророчица, мне кажется, прорву времени пыталась разгадать свои предсказания и понять, верна ли очередная разгадка.
- Так вот. Что еще я хотел сказать... Ты, ученик, говорил, что человек управлял нежитью... Значит, началось то, что я думаю. Плохо. Очень плохо. - учитель словно бы был не здесь, смотрел куда-то в пустоту, словно сам с собой говорил, забыв и обо мне, и об оборотне, и о Ширане. Наконец он встрепенулся и уточнил. - Когда это было?
- Шесть дней назад. - ничего не понимая, прикинул я. - Ничего не понимаю. Кто это был?
- Начну, пожалуй, издалека... - протянул Фалько снова замолчал.
Видимо, издалека было очень далеким. Мне даже показалось, что старик и вовсе забыл о нашем существовании. Или забыл о чем хотел рассказать. Наконец он заговорил.
- Есть на моей родине старая-престарая легенда, помнят её только совсем древние старики. В ней говорится, что давно, еще когда мир был очень молод, не было на свете нежити. Умирали люди и лежали себе тихо в земле, ни в кого не обращаясь после смерти.
И ходили по земле колдуны не чета нынешним. Колдовство их было прародителем нашей Магии Крови, только сильнее и могущественнее, и крови для того больше было нужно, их крови. Но со временем колдуны эти зарвались, хотели власть всю себе взять, и кровь начали использовать не свою, а жертв искать. Могли эти колдуны невинного, не озлобленного человека нежитью разной обернуть для службы себе, послушных монстров слугами делали. Умели они нежитью управлять, командовать, как псинами преданными. Но могли еще и мертвеца снова живым сделать, и убить одним только прикосновением легким.
Их называли личами. Из ныне живущих, никто этих личей не видел, слова такого "личи" мало кто слышал.
Что они не поделили и от чего друг с другом сцепились одни Всеблагие ведают. Говорится в легенде, что грызли они глотки друг другу хуже зверей, тьма страшная по землям ползла, покойники поднимались, не успевая в гроб лечь. Нежить армиями по землям ходила. Тогда против личей встали эльфы, люди и маги – те из них, кто уцелел. Ценой неимоверных усилий и множества жертв их смогли остановить и истребить. Только вот с тех пор нежить по землям человеческим ходить осталась.
Мы втроем внимали рассказу старого тирразца. Я и Рыжий слушали внимательно, Ширана же наоборот – медленно цедила вино из бокала, рассеянно посматривая сосуд на просвет. Явно, эту легенду она уже слышала.
- И вот тут то легенды кончаются и начинаются домыслы и реальность, - продолжил Фалько. - Поговаривают, что кое-кто из учеников личей уцелел, в тайне попытался возродить мастерство, магию свою. Да только знания утеряны были. Забыли они часть того, что знали, часть растеряли. А может, не нашли достойных учеников, или не успели передать всех знаний? Выродились личи в некромантов. Те слабее были, менее искусны. Над живыми у них власти не было, да и нежить подчинялась не по щелчку пальцев. Но их боялись, уважали и старались не встречаться на узкой дорожке. Противно некромантам стало на живое смотреть. Окружали они себя покойниками и чудовищами. Светлую веру во Всеблагих искоренять и очернять начали, со светлыми магами и эльфами вражду разожгли. Прадед мой в юности еще видел последнего некроманта, дед не застал. Перебили их. По одному отлавливали и на костер, или голову с плеч.
Я невидящим взглядом уставился в пустоту. Пытался представить себе эту силищу, что так легко распоряжалась человеком. Не только убить, но и вернуть жизнь, изменить суть! Какие были эти маги? Добрые волшебники из сказки или злобные ведьмы и колдуны?
- Так это что, был тот самый лич? – глуповато спросил я. - Ну в деревне, откуда я ноги еле унес? И в Мышках, получается тоже такой был?
Старый тирразец поморщился:
- Маловероятно. Личи были невероятно могущественны. Древние хроники говорят, что во время войн Смерти бушевали такие силы, что земля и небо стонали, горел мёртвым огнём воздух. Высыхали моря, проваливались под землю горы, реки извергались в пустыне, а новые горы вырастали из земли там, где раньше были равнины. И среди всего этого рыскали чудовищные немертвые армии, – мастер покрутил на столе блюдце со стоящей на нем чашкой. Звякнула ложечка. - Наверное, ты встретил кого-то все же к некромантам ближе. Иначе не натравливал бы нежить, пальцем ткнул и полна деревня мертвецов, захотел – поднялись.
- Нежить-то поди кормить надо, а не то взбесится… - не согласился я. - Да и такая стая не наестся случайным путником. 
Фалько внимательно вгляделся в мое лицо, кивнул, допуская мою правоту.
— Вот пришло Лихо… - по-стариковски пробормотал он. - Откуда не ждали… Правду молвить, надеялся я за всю жизнь этой пакости не встретить…
Оборотень беспокойно шевельнулся, и я уже приготовился его одернуть. Парень лишь косо посмотрел на меня и снова замер, решив оставить свои мысли при себе. И правильно сделал. Оборотня слушать никто не будет. Мастер уж точно заткнет и еще для острастки проучит. А я его выслушаю потом.
- Ситуация не из лучших. Новая сила. – задумчиво подвел итог я. - Если в мире снова появились некроманты… Хватит ли магов, чтобы сдержать порожденную ими нежить? Сможем ли мы уберечь людей?  Гильдия захлебнется, разгребая последствия.
Ширана выпрямилась в кресле:
— Это лишь последствия. – возразила Пророк. - Вопрос в другом, Берн. Что им нужно? Какова их цель?
Я, сбитый с толку, помотал головой:
- Так что конкретно ты увидела, Пророк?
- Смерть королевской семьи, - равнодушно проронила девушка. - Уничтожение верховного храма Всеблагих, истребление членов Гильдии, разрушенную школу магии.
- Уничтожение ОДНОГО храма, пусть и верховного?  Истребление ТОЛЬКО членов гильдии?
- Не понимаешь, ученик? - участливо уточнил Мастер.
Я помолчал.
- Хм... где один храм, там и все. Репутация Всеблагих пошатнется, - Фалько одобрительно кивнул, призывая меня продолжать свои умозаключения. - Гильдия - все самые сильные и опытные маги. Без защиты магов королевство проще опрокинуть, завоевать. Вольные и Башни Магов не столь многочисленны и, кроме того, не имеют столько сил и опыта, их будет просто перебить. Восстановить знания без главной библиотеки Гильдии и Школы, без опытных членов Гильдии - невозможно.
- Верно мыслишь. Я тоже так подумал. Наверняка, и внученька пришла к подобным выводам. Она привыкла разгадывать загадки.
- Но кто на такое способен? - удивился я: - Кто сможет все это провернуть? Как?
Фалько вздохнул. И я понял, рассмеялся:
- Абсурд, учитель! Разве единицы могут...
Фалько нахмурил брови.
- Могут. Подумай, - я принялся думать. - Подумай, что случится, если вдруг в мире появились отродья, способные подавлять классическую магию и при этом управлять нежитью, словно сворой дрессированных шавок из бродячего цирка? Молчишь? 

ПОКА НЕ МОГУТ КОНТРОЛИРОВАТЬ МАГИЮ. Думаю, как-то иначе.

Я сидел словно молнией пораженный.
- Все равно, одного такого не хватит на всех.
- А с чего ты взял, что он такой один?
- Началось... - испуганно выдохнула Ширана, по ее телу пробежала волной дрожь. Девушка побледнела, как полотно. - Дед, началось! Нельзя изменить, предотвратить пророчество!
- У нас есть лазейка, подсказка, козырь, шанс сберечь привычный мир. Наследница, юная королева. - спокойно откликнулся Мастер. - Теперь осталось только разобраться с её безопасностью, сберечь, спрятать.
- Точнее решить, где ее спрятать, - уже более спокойно констатировала Ширана.
Я почти ничего не понимал.
- Я знаю надежное место и уже нашел проводников. Эльфы, Белопуща. Их магия иная, природная, почти изначальная магия этого мира, более близкая к шаманству. Эта сила сможет защитить королеву.
Я охнул, икнул.
Теперь я понял. Понял кого я должен отвезти к эльфам и почему за это столь высокая награда.
- Учитель, ты серьезно?
Фалько поднялся из кресла, подошел к окну. Какое-то время он молча разглядывал полуденную улицу Звезд. Мы втроем сверлили взглядами его прямую спину.
Ширана явно нервничала, покусывая костяшку указательного пальца. Рыжий вообще ничего не понимал - все, что касалось магии, для него было загадочно, опасно и непонятно. Во мне же вскипало возмущение.
- Когда ты собирался мне рассказать об этом? - вкрадчиво поинтересовался я. Примерно такой же вопрос совсем недавно мне задавал оборотень. - Я полноправный член Гильдии и имею право...
- Когда дело касается государственной безопасности и будущего королевства и всего мира - ни у кого не спрашивают согласия, ученик. Даже королевские особы поступают в угоду политике, а не своим чувствам.
- Но я обычный бродячий колдун! Учитель, моя работа – ловить и давить нежить, а не охранять принцесс! Пусть этим занимается Тайная служба и их служители-тени, или как их там?
Учитель, оторвавшись от созерцания заоконного пейзажа, оглянулся на меня. Лицо старого тирразца было недовольным, глаза светились злостью и раздражением. Оборотень втянул голову в плечи.
- Берн, ты забываешь, что все происходящее сейчас - пророчество. - Ширана опередила Мастера. Говорила она, как с младшим учеником - спокойно и терпеливо объясняя прописные истины. - "Чтобы спасти земли ото льда, не нарушить равновесие сил - смерть отдаст королеву палачу и убийце". Этого не изменить, пророчества не ошибаются, моим голосом говорит само Провиденье.
Я склонил голову.
- Хорошо, ладно... Но...
- Все уже почти готово, Берн. Ширана, когда девочка будет здесь? Где она?
Пророк одним махом выпила почти полный бокал вина, глубоко вздохнула:
- Наследная принцесса под охраной уважаемого аро Заура. Там, где никто не станет ее искать.
Учитель щелкнул пальцами:
- Тот храбрый аро, что привел тебя в праздник огней? – дождавшись кивка Шираны, Мастер уточнил: - Через сколько её смогут доставить сюда?
- Девочка будет через час после того, как я пришлю весточку.
Фалько кивнул и негромко позвал:
- Мио!
Домовик явился тут же, словно ждал под дверью.
- Да, хозяин.
- Ты сделал то, что я просил?
- Да, хозяин, - поклонился дух дома. - Я договорился с плотником. В Ложках ждёт большой фургон с лошадьми и всем необходимым для дальнего путешествия.
Иногда я бываю тугодумом. Но тут сообразил мгновенно.
- Так понимаю, сегодняшней ночью мне придется покинуть город?
- Да, - кивнул старик: - Советую тебе поспать.