На дне, где жемчуг и кораллы,
У скал, мерцающих во мгле,
Русалки пели и играли
В своей хрустальной глубине.
Но им играть с простым мужчиной
Всегда недолго суждено:
Утонет — станет он трясиной,
И обратится ни во что.
И лишь Кощей, костистый, строгий,
Им дарит вечности секрет.
Он — клад бессмертный на пороге,
Где времени и смерти нет.
С ним можно хороводы водить,
Играть без страха и преград.
Ему вовек не уплыть,
Не внося в хоровод разлад.