---

Часть 11
Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо над парком в густые, бархатные тона индиго и золота. Воздух пах сладкой ватой, попкорном и той особой, ни с чем не сравнимой свежестью, которая бывает только летними вечерами. Марат и Рита стояли у подножия гигантского колеса обозрения, чьи огни призывно мигали, приглашая в путешествие над засыпающим городом.

Для Риты это место всегда было запретной зоной. В детстве один взгляд на уходящие в небо кабинки вызывал у неё головокружение и липкий страх. Но сейчас, стоя рядом с Маратом, это детское чувство казалось глупым и далеким. Ей отчаянно хотелось увидеть город с высоты, разделить этот момент с ним.

Марат заметил, как она нервно теребит ремешок своей сумочки и как её взгляд то и дело поднимается к вершине колеса.
— Боишься? — мягко спросил он, заглядывая ей в глаза.
— Немного. В голове какие-то старые глупости, — призналась Рита, заставив себя улыбнуться. — Но я очень хочу. Очень.

Он лишь кивнул и уверенно направился к кассе. Купив билеты, они прошли через турникет. Кабинка встретила их уютным полумраком и мягким покачиванием. Они сели друг напротив друга на обитые дерматином скамейки. Когда механизм пришел в движение и их стеклянный домик начал медленно ползти вверх, Рита инстинктивно вцепилась в сиденье.

Но стоило им подняться чуть выше крон деревьев, как страх испарился. Внизу раскинулся пылающий огнями парк аттракционов, похожий на россыпь драгоценных камней, а дальше, до самого горизонта, простиралось море городских огней. Это было завораживающе красиво и совсем не страшно.
— Нравится? — голос Марата вывел её из оцепенения.
— Да... — выдохнула Рита, не отрывая взгляда от панорамы. — Очень красиво. Я даже хочу фото сделать.

Она достала телефон. Сначала она снимала через стекло: огни гирлянд, изгиб реки, крошечные фигурки людей внизу. Но потом ей захотелось запечатлеть не только вид, но и себя на его фоне. Она сделала пару селфи, но картинка казалась неполной. Рита посмотрела на Марата, который с легкой улыбкой наблюдал за ней.
— Давай вместе? — выпалила она неожиданно даже для самой себя.

Марат не стал спорить. Он легко поднялся со своего места и пересел к ней. Он придвинулся так близко, что Рита почувствовала тепло его тела и уловила тонкий аромат его парфюма. Между ними не осталось и малейшего пространства. Рита смутилась от такой внезапной близости, её щеки вспыхнули. Она попыталась вытянуть руку с телефоном, чтобы сделать кадр, но от волнения её ладонь предательски дрожала, и всё расплывалось.

Марат молча протянул руку, взял её телефон и, глядя в экран, сделал несколько чётких снимков. Он задержался в такой позе на несколько минут дольше, чем требовалось для фото, словно наслаждаясь моментом их близости. Лишь когда он отодвинулся, Рита смогла снова нормально дышать, хотя место рядом с ней всё ещё казалось обжигающе горячим.
— Куда дальше пойдем? — спросил он, возвращая ей телефон.
Рита проследила за его взглядом и увидела огромную карусель «Ракета», где люди с визгом проносились по кругу под крутым наклоном.
— Давай пойдем туда! — она с энтузиазмом ткнула пальцем в сторону аттракциона.
Марат удовлетворенно кивнул.

Выйдя из кабинки на твердую землю, они направились к «Ракете».
— Ты был тут раньше? — спросила Рита, пока они стояли в очереди за билетами.
— Я тут впервые. Я же переехал в этот город недавно.
— А где до этого жил? — её любопытство разгоралось всё сильнее.
— В очень красивом месте, — загадочно ответил Марат, глядя куда-то поверх её головы.
— Интересно где это... Расскажи!
— Когда-нибудь я тебе обязательно расскажу про это место. Покажу фотографии... если захочешь.

Рита подумала: «Он говорит какими-то загадками». Эта недосказанность интриговала её ещё больше.

Они купили билеты и сели в кресла-коконы. Когда карусель начала медленно наклоняться и набирать скорость, Рита сначала испуганно вцепилась в поручни. Но потом мощный поток ветра ударил в лицо, адреналин ударил в голову, и она вдруг расслабилась. Отдаваясь этому ощущению полета, она раскинула руки в стороны и закричала от восторга вместе со всеми. В этот момент она почувствовала невероятную лёгкость и свободу. Вечер определённо ей нравился всё больше и больше.

Когда бешеное вращение замедлилось и они сошли на землю, слегка пошатываясь от головокружения, Рита поняла, что больше не хочет экстрима.
— Знаешь... я бы просто прогулялась. Ноги уже не держат от этих виражей.
— С удовольствием составлю тебе компанию.
Они медленно пошли по аллее, уходя от шумных аттракционов в более тихую часть парка.
— И как тебе наш город после твоего «красивого места»? — спросила Рита.
— Он... другой. Более суетливый, что ли. Там жизнь текла размеренно, как река в долине. А здесь она похожа на горный поток — быстрая, шумная, никогда не стоит на месте. Поначалу это утомляло.
— А сейчас?
— А сейчас я начинаю находить в этом свой ритм. И мне это нравится.

Их неспешная прогулка привела к небольшому тиру. Из-за стойки доносились хлопки пневматических винтовок и восторженные детские крики.
— О! Давай попробуем! — глаза Риты загорелись азартом при виде плюшевых медведей разных размеров.

Она взяла винтовку, прицелилась... Выстрелы гремели один за другим, но мишени падали не все. Сконцентрироваться никак не получалось. В итоге измученная девушка получила лишь маленькую плюшевую собачку-утешительный приз. Глядя на её расстроенное лицо, Марат молча забрал у неё игрушку и протянул свою кредитку хозяину тира.

Он взял винтовку с видом человека, который знает, что делает. Его движения были выверенными и спокойными. Бах! Бах! Бах! Пять выстрелов — пять попаданий. С первой же попытки он выбил все мишени под одобрительный свист хозяина тира. В качестве главного приза им торжественно вручили огромного пушистого медведя размером почти с саму Риту.

Вечер плавно перетекал в ночь. Марат проводил Риту до дома. Огромный медведь был настолько велик, что нести его пришлось Марату на плече — он нелепо торчал из-за его спины, словно меховой горб.
У подъезда они остановились. Рита забрала у него медведя и прижала к себе его мягкую лапу.
— Спасибо тебе за этот вечер... за медведя... за всё. Мне было очень хорошо сегодня.

Она подняла на него глаза, в которых отражался свет фонаря, и улыбнулась так искренне и тепло, что все загадки этого вечера показались ему самой прекрасной частью их общей истории.