Загрузка данных

Кулигин: (берёт Тихона за плечи) Тихон Иваныч! Постойте, на вас лица нет! Где вы её ищете? Весь город уж обегали.
Тихон: (вырываясь, хрипло) Пусти, Кулигин! Не держи... Была Катя, и нет Кати. А кто виноват? Маменька! Она её поедом ела, а я стоял да молчал.
Кулигин: Что уж теперь...
Тихон: Нет, ты слушай! Я ведь любил её. Слышишь? Любил! Простил ей всё, до последней слезинки простил. А маменька мне: «Побей её, чтоб знала!» И я... (осекается, закрывает лицо руками) Послушался.
Кулигин: (тихо) Простили-то вы поздно, Тихон Иваныч. Надо было раньше за неё вступиться, а не за маменькиной юбкой прятаться.
Тихон: (с горькой усмешкой) Воли у меня нет, Кулигин. Откуда ей взяться? С малых лет под маменькиной рукой хожу, как связанный.
(Пауза. Оба смотрят на тёмную реку. Кулигин вглядывается в воду.)
Кулигин: Бог милостив. Может, ещё...
Тихон: (перебивая, почти шёпотом) А если она в Волге? Одна, ночью... (громко) Если Катя погибла, мне и жить незачем! Пойдём, Кулигин! К берегу! Скорей!